Если именно так он представляет себе развитие событий, нельзя отрицать: он достаточно цивилизованный человек. Лучше иметь дело с ним, чем с грубым животным, которое только и хочет вцепиться вам в горло.
Я спустился к стойке и взял трубку.
16. "Тойота"
- В какой мере ты у красной черты?
Пепперидж.
Говорил он коротко и быстро.
- Думаю, уже слишком поздно, - сказал я ему.
- Прости, мне пришлось уехать из Лондона. Поэтому твой звонок меня и не застал. Что еще я могу сделать?
- Я обложен со всех сторон, и Шода послала за своим головорезом.
- За кем?
- Кишнаром.
- Маниф Кишнар, да, он работает исключительно на нее. Шансы?
- Близки к нулю. - Часы на стене показывали три минуты девятого.
- Почему бы не связаться с таиландским посольством?
- Нет смысла. Я...
- Тогда в полицию, попроси их прислать автоматчиков.
- Нет, это...
- Я могу позвонить в Верховный Комиссариат. Они...
- Не сработает.
- А, мать твою!..
Ситуация была тупиковой, и она ему не нравилась. Нам они никогда не нравились.
Причина ее в том, что на этот раз бал правила Шода, и уже сейчас-то она не позволит мне скрыться; она приказала в любом случае расправиться со мной, и если я даже сумею убедить Раттакула пойти на риск дипломатических осложнений, что противоречит всем принципам разведки, если я уговорю сингапурскую полицию прислать мне на подмогу автоматчиков, в конце концов все кончится тем же самым - эта публика доберется до меня и, если необходимо, самым откровенным, даже самоубийственным образом, вступив в перестрелку с полицейскими, несмотря на желание Шоды покончить со мной тихо и спокойно, без шума и следов.
Три минуты девятого, но это уже не важно. Куда более существенным фактором были те двадцать минут, в течение которых Кишнар мог добраться до меня из аэропорта. Скорее всего, его встречала машина с опытным водителем; знающим дорогу и все городские закоулки, но при этом дожде и неизменных заторах ему потребуется не меньше двадцати минут, чтобы добраться до места. То есть он может быть тут самое раннее в восемь двадцать три.
Значит, пора действовать.
- Я могу прислать тебе, если нужно, прикрытие, - говорил Пепперидж. - Могу подбросить трех или четырех, если...
- Нет. Но мне нужна связь, с которой я мог бы переслать письмо. Одного человека.
- Послушай, у тебя может быть больше, чем...
- Одного. Только одного человека. Помявшись, он сказал:
- Хорошо. Есть, чем писать?
- Да. - Я подтянул к себе блокнот.
- Его зовут Вестерби. По номеру 734-49206.
- Описание?
- Тридцать лет, рост пять-одиннадцать, тринадцать стоунов, темно-каштановые волосы, карие глаза.
- Засек. Еще одного на замену.
- Ли Яо. Азиат. Он...
- Нет.
- Хорошо. - Короткая пауза, когда я слышал шорох перелистываемых бумаг. Венекер, по 734-28930. Тридцать пять лет, пять-десять, одиннадцать стоунов, черные волосы, темно-голубые глаза, разряд по стилю "шотокан" - сандан.
- То, что надо.
- Слушай, немедленно звони ему. Он тут же прибудет...
- Только не майся бессонницей, - успокоил я его, потому что знал, как он себя сейчас чувствовал: втянул меня в это дело, а через двенадцать дней я уже загнан в угол и приговорен к смерти, и, хотя в том нет его вины, он понимал, в какой я оказался ситуации, понимал, потому что все же был ветераном. И тут уж было не до смеха.
Нажав на рычаг аппарата, я набрал затем номер Вестерби, услышал звонок вызова и стал ждать. Часы. Прошло девятнадцать минут. Звонки продолжались, но трубку никто не снимал. "Господи, в Бюро такого не могло случиться." Я набрал номер Венекера и снова стал ждать. Ал говорил с тремя азиатами; они показывали ему рулон шелка, над стойкой мерцал экран телевизора, "Мэри явится сюда тотчас же, а Синди на бейсболе с Бобом, и мы не можем сообщить ей новости", этим сукам не приходится думать, как уберечь свои жизни, звонки все продолжались...
- Алло?
- Венекер?
- Да.
- Джордан.
- Да, сэр.
- Я хочу, чтобы вы тут же явились в "Красную Орхидею" на Чонг-стрит, сразу же за заливом Чайна-тауна. Она расположена...
- Я знаю, где она.
- Отлично. Как быстро вы сможете тут очутиться?
- Через десять минут.
- Значит, у нас останется до критической минуты всего девять минут. Вы успеете?
Минуты стремительно утекали, и, черт побери, как мне не хотелось бы следить за их бегом...
- О, да... - Даже по такому дождю?
- Да, сэр. Десять минут - и я у вас.
- Возьмите какой-нибудь чемоданчик, чтобы выглядели как турист и зарегистрируйтесь у стойки... Затем я сразу же подойду к вам.
- Договорились.
- Сверим часы - на моих 20.05.
- 20.05.
- Теперь слушайте - крайний срок, когда вы должны оказаться здесь, 20.21, после чего у вас останется ровно две минуты, чтобы исчезнуть. Если не успеете, держитесь в стороне. Вам придется иметь дело с плотным оцеплением.
- Понятно, сэр. Но я буду.
