Бегущей строкой полностью

Я переоделась и вошла в реку. Погрузилась с головой. Мне не было холодно. Вокруг ни души. Тихо. Я и Иордан. Будет у меня еще когда-нибудь миг такой гармонии, такого соединения с собой и миром?.. Едва ли.

И на обратном пути, слушая, как отец Михаил негромко и с какой-то очень точной интонацией – без излишнего пафоса, но в то же время искренне и проникновенно читает Евангелие, я впервые по-настоящему поняла, почему так часто в нем звучит слово «радость» и что такое «Радуйтесь с трепетом».

Сохранились, надо же, эти пожелтевшие блокнотики… Три штуки: голубой, черный и красный. Почерк, конечно, узнаваемый, хотя теперь, испорченный десятилетиями машинки, а потом компьютера, сохранив характерные начертания букв, он утратил былую аккуратность. Мне было тогда пятнадцать лет – самое время для формирования поэтического вкуса. Листаю, с изумлением узнавая и вспоминая: от Пушкина и Тютчева до Новеллы Матвеевой и Евтушенко. Сейчас, много десятилетий спустя, собственно, жизнь спустя, если бы я составляла свое поэтическое «избранное», совпадения были бы поразительны: я бы добавила многое, но почти ничего не стала бы исключать. Однако едва ли бы пришло в голову переписывать стихи от руки пусть даже и в такой красоты блокноты, о каких в ту пору мне, с детства и по сию пору неравнодушной ко всякого рода канцелярским принадлежностям, не приходилось мечтать. В крайнем случае, дело ограничилось бы списком, причем, несомненно, на компьютере.

Но на самом деле я совсем не о том.

Ни разу на протяжении этих страшно сказать скольких лет мне не приходило в голову выписывать из книг что-либо, кроме необходимых к случаю цитат. И вот – пришло. Читая в который раз «Дневники» о. Александра Шмемана, я начала подчеркивать карандашом и комментировать на полях. Теперь, вернувшись к ним, я решила некоторые цитаты и пометы переписать. Именно переписать, букву за буквой, а не из интернета «копировать – вставить». Это получилось как разговор с духовником. Или – с Богом, просто без того, кто лишь свидетель есть.

«Божественная сила терпения. Больше всего для борьбы с дьяволом нужно терпение, а его-то меньше всего в человеке, особенно молодом. Главная опасность молодости – нетерпение».

Все так. Только я добавила бы к «нетерпению» и «нетерпимость». И так тесно связаны с этим формы общения! Отец любил повторять, что в браке главное – вежливость. Верно, но это относится не только к браку, а ко всем отношениям с близкими. Как трудно не позволять себе с близкими вести себя так, как никогда не позволил бы себе с чужими: грубо, раздраженно, нетерпеливо и нетерпимо! Как у Пастернака «Я послан Богом мучить себя, родных и тех, которых мучить грех». А ведь иногда достаточно выработать в себе хорошие привычки. Это достигается простым повторением и упражнением, как постановка красивого почерка. Прочитала в одном из последних интервью Наталии Трауберг: «…сделали даже закон в католических странах, что нельзя разводиться. А вот попробуйте сделать закон, что нельзя наорать. Но Христос говорит об этом гораздо раньше: “Гневающийся на брата своего напрасно подлежит суду”».

«Трудность всякого начала: например, Великого Поста. «Не хочется». Отсюда: необходимость сначала и во всем – терпения. “Терпением спасайте душу вашу” (Лк. 21:19). Терпение – это приятие сквозь “не хочется”, это заглушение этого “не хочется” не насильным “хочется”, оно невозможно и фальшиво, а просто приятием, подчинением себя, то есть, послушанием. И терпение рано или поздно превращается в “хочется”. И наконец то, чего “не хотелось”, оборачивается счастьем, полнотой, даром».