Тем паче что перед Большой войной СССР вел напряженные переговоры не только с Финляндией, но и с Турцией. Сталин настоятельно склонял исконного врага России заключить с СССР оборонительный мирно-дружественно-целовательный союз. Вот ведь как хорошо поступили Прибалтийские страны! Заключили с СССР договоры и горя теперь не знают!.. А в качестве гарантии дружелюбия товарищ Сталин требовал от Турции Босфор и Дарданеллы. Нет-нет! Не насовсем! Только попользоваться. Сталин соглашался оставить турецкие проливы Турции, но чтобы советские суда ходили там свободно и беспрепятственно.
Забегая вперед, скажу, что после победы во Второй мировой войне позиции Сталина в отношении Турции еще больше ужесточились – Сталин потребовал от Турции значительных территориальных уступок и открытия советских военных баз в проливах. Сталин хотел отнять у Турции и присоединить к СССР так называемое Армянское нагорье с горой Арарат. В 1945 году над Турцией висела реальная угроза вторжения советских войск сразу с двух сторон – через Закавказье и со стороны Болгарии. Турция вовремя бросилась в объятия Запада, чем и спаслась. Ну а после смерти Иосифа Грозного советское руководство от территориальных претензий к Турции отказалось. Причем отказалось с потрясающей формулировкой: «во имя сохранения добрососедских отношений и укрепления мира и безопасности правительства Армении и Грузии сочли возможным отказаться от своих территориальных претензий к Турции». Во, блин, как!.. Оказывается, это не Сталин требовал от Турции территорий, а какие-то загадочные правительства Армении и Грузии!..
А тогда, в 1939 году, в ответ на отказ Турции намазать задницу вазелином, товарищ Молотов в той же речи, в которой он поставил на место США, погрозил и Турции: «Не пожалеет ли об этом Турция – гадать не будем. (Оживление в зале)».
Вот что сказал Сталин о Турции 25 ноября 1940 года в беседе с Георгием Димитровым: «Мы турок выгоним в Азию. Какая это Турция? Там два миллиона грузин, полтора миллиона армян, один миллион курдов. Турок только 6–7 миллионов».
Так что турки очередной русско-турецкой войны боялись не зря!..
В общем, герой этой главы Маннергейм видел, что ситуация в мире становилась все напряженнее и напряженнее. И виновата в этом была не только Германия, но – в равной мере – и Советский Союз. В такой ситуации у Маннергейма оставалась надежда только на жиденькую оборонительную линию на Карельском перешейке и самоотверженность финских солдат. Ему оставалось только ждать нападения. И ожидание это не затянулось.
Просто так миролюбивый Советский Союз ни на кого не нападал. Всегда только за дело. Например, за то, что жертва советской агрессии могла вынашивать против СССР нехорошие замыслы или просто в мировом разделе пирога могла достаться не СССР, а кому-то другому. Согласитесь, если кто-нибудь когда-нибудь
А еще вот какая схема захвата может быть: они сами нас попросили, чтобы мы их оккупировали! Так было с тремя Прибалтийскими странами.
Или вот еще как можно сделать. Сказать: они первые на нас напали, и мы вынуждены были обороняться и оккупировали их! Это вообще классика жанра. Они обстреляли наши позиции, и нам ничего не оставалось делать, как захватить их страну. Они сожгли наш рейхстаг, и мы их всех переловили и пересажали. И Сталин, и Гитлер применяли эту схему в равной мере.
Гитлер, перед тем как напасть на Польшу, устроил провокацию. Штурмбанфюрер Альфред Науйокс во главе отряда эсэсовцев, переодетых в польскую форму, напал на немецкую радиостанцию в городе Глейвице, что в Верхней Силезии. Постреляли, пошумели. В качестве доказательства польской агрессии на месте нападения немцы оставили несколько трупов в польской военной форме – это были тела заключенных концлагеря Заксенхаузен. Кроме того, захватив радиостанцию, они пустили в эфир следующее радиообращение: «Граждане Польши! Пришло время войны между Польшей и Германией. Объединяйтесь и убивайте всех немцев».
Это было прекрасным поводом, чтобы напасть на Польшу.
Никого в мире эта мрачная шутка Гитлера в заблуждение не ввела. Она была представлением для зомбированного геббельсовской пропагандой немецкого народа.
Сталин был ничуть не лучше Гитлера. Ему перед нападением на Финляндию тоже нужен был громкий повод для своего народа. Народ ведь хитрой политики и дипломатии не понимает. Помимо газетного нагнетания напряженности для воспитания ненависти к будущему врагу простолюдинам нужно что-то более весомое, грубое и зримое. Что-то очень конкретное. Поэтому перед нападением СССР на Финляндию финны самым жутким образом… напали на СССР!
26 ноября 1939 года была обстреляна советская воинская часть в Майниле. Провокация Сталина была сработана гораздо топорнее гитлеровской – никаких тебе костюмированных представлений, никаких подкладных трупов («консервов», как их называли сами гитлеровцы). Все по-настоящему! Спецгруппа НКВД обстреляла своих, по-настоящему убили несколько человек. Лес рубят – щепки летят.
