У них уже был четко обозначен почерк неведомого режиссера. К преступлению оказались причастны трое молодых мужчин без криминального прошлого, среднего достатка, не связанные друг с другом. Это должно было объяснить хоть что-то — а в итоге порождало еще больше вопросов.
Зачем они в это влезли? Уж не ради денег так точно — счета Тимофеева и Сараева давно проверили, никаких переводов туда не было. С Семченко наверняка будет та же история.
Как они держали связь с заказчиком и друг с другом? Они не звонили, не писали, не встречались… Что еще остается? Не телепатическая связь же!
Ну и главное: ради чего? У них у всех была отличная жизнь! Свободная, насыщенная… У Тимофеева и Семченко были дорогие им люди. Сараев получал все, что хотел. Как они могли решиться на что-то столь чудовищное, как убийство незнакомого человека, который не сделал им ничего плохого?
Все это каким-то образом сводится к Константину Ливковичу, но как — Александра и предположить не бралась.
— Я могу организовать нам осмотр тела Семченко в морге, — предложил Ян. — Большой проблемой это не будет.
— И большой пользы не принесет. Мы же не ищем его убийцу! Нам нужно понять, что его привело туда, здесь больше пригодится его норка. Ты лучше договорись по этому поводу.
— Тоже можно. А с Ливковичем что?
Да, этот вопрос нельзя было игнорировать… И хоть ты разорвись! В принципе, близнецы могли бы разделиться и заняться двумя делами сразу, но этого Александре не хотелось. Расследование получалось слишком странным, оно не вписывалось в привычный канон, и на первый план выходили детали. Александра прекрасно знала, что у ее брата свое видение, он может заметить то, что пропустила она. Он был нужен ей в квартире Семченко!
Пришлось жертвовать временем ради качества.
— Давай привлечем к делу Кирилла, зачем юному дарованию простаивать без дела, — сказала Александра.
— В смысле? На допрос его пошлем?
— Нет, допрос ему вести как минимум нечем, да и не умеет он. А вот собирать сведения умеет. Нам нужно узнать о Ливковиче все — что у него за семья, где жил, с кем сотрудничал, что в собственности. Тогда будет понятней, где начинать копать.
— Понял, сейчас проинструктирую. А мы с тобой к Семченко?
— Незамедлительно.
Ян вышел из кухни, телефон он, похоже, оставил в спальне. Александра же убирала со стола, прикидывая, как разговорить мать погибшего. Она звонков не ждала — а телефон все же зазвонил.
Номер был незнакомый. Раньше это ничего не значило для Александры, а теперь вот каждый раз пугало. Потому что по незнакомому номеру могли позвонить из больницы и сказать ей то, к чему она не была готова. Поэтому снимать трубку не хотелось, а не ответить она не могла, потому что даже от неприятной правды нельзя прятаться вечно.
— Алло?..
— Здравствуйте, Александра.
К ней обратился знакомый голос — но не директора клиники. Позвонить ей решил Человек, который решает проблемы, собственной персоной.
Назаров ей понравился. Александра допускала, что у Яна он вызывает скорее настороженность. А вот ей было проще с ним общаться, ей показалось, что они на одной волне. Она понимала его планы и решения и не сомневалась, что кровавая расправа в больнице не обошлась без его позволения.
— Валентин Георгиевич? Здравствуйте. Не ожидала.
— Я вас надолго не задержу, — заверил ее Назаров. — Я просто вдруг вспомнил наш гипотетический разговор.
Вдруг он вспомнил, черта с два! Получается, у него появились важные сведения, которые он не успел включить в отчет. Но говорить об этом Александра не собиралась, она уже усвоила, что с этим человеком нужно играть только по его правилам.
— Это тот, в котором вы были не просто начальником частной службы безопасности?
— Именно. Как бы я поступил, если бы действительно играл ту роль, которую вы мне приписывали?
— Вы бы связались с оперативником, который избавился от Семченко, чтобы получить показания от единственного свидетеля, который видел его живым, — ответила Александра. Понять это было несложно: она сама поступила бы точно так же.
— Я не могу вам сказать, что сообщил бы мне такой оперативник — если бы он был, но давайте пофантазируем. Все, что я скажу далее, является исключительно плодом фантазии.
— Только так я это и воспринимаю.
— Так вот, этот мифический оперативник дежурил ночью и уловил на лестнице странный шум. При проверке он обнаружил господина Семченко, который не ожидал, что его перехватят. Как человек неподготовленный, господин Семченко тут же запаниковал и на требование сдаться не отреагировал. Он потянулся за чем-то в сумку, и мой оперативник справедливо предположил, что за оружием. Тогда господин Семченко был обезврежен.
— Его можно было просто оглушить, — не выдержала Александра.
— Может быть. Но мы ведь говорим о сказке, которая уже написана, не так ли?
— Так. Извините, продолжайте.
