В этом он не солгал, и даже под воздействием магии растения с трудом находили в себе силы и место для того, чтобы пробиться сквозь мёртвую каменную бороду. Что поделать, но даже на Севере скорее всего не будет такой проблемой, какая возникла в этих краях. Всё же занесённая снегом и крайне промёрзшая, но там была почва, а здесь – сплошь камень и руда. Конечно, постарайся он и сделать что-то бы у него вышло, но это бы отняло слишком много сил, а запасы святой воды, имевшиеся в его распоряжении и так уже стали уходить просто в огромных объёмах. Пополнять их сколь-либо значительно было в походных условиях практически невозможно. Разве что пару бочек за ночь набрать и то при самом большом усердии и удаче. В общем пока что приходилось обходиться силами армии, да и у него имелись свои способы воздействия на укреплённые стены кроме как прямое воздействие.
- Заряжай! – крикнул осадный инженер, после чего из фуражирных телег достали новые бочки с живыми снарядами.
Пожалуй, это было его любимое оружие, аналог которого умудрился вывести Марвин и отправить на Запад, где в нём нуждался больше всего лорд Осгрей, руководящий разгромом Ланнистеров. Эдмунду же новые алхимические придумки своего бывшего учителя были не к чему. У него хватало, как контроля, так и собственных сил, чтобы самому произрастить заготовленные для этого растения. Возможно, те же самые ощущения испытывал и его великий предок Гарт Зеленорукий, что по легенде и озеленил практически весь Вестерос. Должно быть, как и ему на Долину просто сил не хватило. Впрочем, существование Долины Арренов, лежащих за Лунными горами говорило об обратном. Странный плодоносный край в глубинах горного региона, чем не ещё одно подтверждение этой старинной легенды, в коей после появления Эдмунда практически перестал кто-либо сомневаться.
Применение живых снарядов, как и всегда дало андалам преимущество перед противников. В некоторых участках стены уже имелись кое-какие проломы, а один из снарядов так удачно упал, что произросшее из него дерево перекрыло одну из бойницы прямо на вершине крепости, что немного снизило градус осыпаемых уроженцами Долины стрел. По сути, кроме этого, отбиваться защитникам крепости было и нечем, всё же гарнизон, пусть самый крупный, это тебе не армия. Выйди в открытое сражение, лишись спасительных стен, и можно устраивать пышные похороны славным воинам. По сути, исход битвы был предрешён, особенно в тот момент, когда уже в самих воротах начали зиять пробоины.
- За мной, Лин. Пора поддержать солдат. – приказал верному другу король и выдвинулся вперёд, дабы закончить это сражение одним решительным броском.
Появление столь долгожданных брешей в обороне, коих скопилось весьма прилично, послужило для него сигналом, что пора бы и заканчивать. Пожалуй, что ещё никто в истории не брал крепости столь же быстро и стремительно, как это делал он и его армия. Это давало Гарденеру репутацию несравненного полководца, хотя на самом деле ему просто выпала возможность играть в более высшей лиге, чем все его противники. У них не было того преимущества, что имелось у владыки Юга, от того их поражение и было заранее предопределённо. Да и к тому же затягивать с кампанией в Долине не стоило, времени было всё меньше и меньше до прихода ходоков и падения Стены, которой вообще желательно и вовсе не дать пасть. Врагов следовало разгромить, передохнуть и собраться с силами в единый кулак, что раз и навсегда покончит с угрозой мертвецов и Вечной Зимы. От того-то Эдмунд как правило и не чурался личным участием в сражениях, зная, что только одно его появление может склонить и так неравную чашу весов на сторону Дубового трона.
Ступая на переправу, королевская процессия из числа монарха и его гвардейцев держалась крайней правой стороны, там, где как раз таки был снижен градус обстрела врага из-за потерянных в ходе осадного обстрела бойниц. Вполне продуманное решение, пускай его статус и предполагал ему идти прямо по центру, однако ещё больше рисковать сейчас не стоило, да и охраняли его вполне живые люди, а не какие-то болванчики, хотя иной раз так и казалось. Однако, как только Камрит ступил свои копытом на крытый деревянный помост, проложенный над рвом, так тут же короля обуяло какое-то странное ощущение. Давно позабытое им чувство опасности и некой неопределенности в принятом решении. Даже верный боевой напарник словно разделял его эмоции и ощущения, становясь, как в копанный, не желая продолжать их путь.
- Ваше величество, что-то случилось? – спросил его один из гвардейцев, что стоял на переправе впереди короля. Однако в этот же момент ему в плечо угодила стрела, что засела в пластине брони и явно добралась до плоти, пускай и засела там не слишком сильно.
