Лин пришёл в себя намного раньше короля, в основном за счёт того, что получил при падении минимальное количество ранений. Камрит же обнаружился совсем недалеко от того места, где он очнулся. Собственно, раскидало их не так уж и далеко. Просто коню не повезло и тот приземлился на каменную площадку чуть выше, чем все остальные, в то время как Эдмунд продолжил падение. Это помогло коню выжить, но вместе с тем обрекло стать пленником горцев, что безраздельно владели этими краями, как бы не думали об обратном Лин и иные андалы Долины.
Естественно, рыцарь резонно подумал, что где конь, там и король, но вовремя сумел остановиться, благо ветер был на его стороне, а наличие должных навыков не позволило горцам его засечь. Короля средь группы потомков Первых людей не оказалось, зато Лин стал свидетелем сцены, как дикари запускают руки в королевскую сумку, где хранилась Звёздная чаша. Крик варвара стал бальзамом для его ушей. На ошибках те не учились и пробовали добраться до божественный регалии ещё несколько раз, но с каждым новым терпели всё больше поражений и раздирали руки в кровь. Попытка размозжить сумку каменными орудиями ни к чему не привели и всё же ту решили взять с собой. Вполне возможно, что вышитый королевский герб пришёлся им по душе, а возможно были и иные тому причины. Разобрать наречие языка Первых людей, сплетённых со всеобщим, Лин так и не смог.
Камрита тоже взяли с собой. Толку от коня, что подволакивал задние ноги было немного, но похоже его необычный цвет, а также богатые королевские регалии также пришлись горцам по душе. А может быть того просто решили сожрать всем племенем, случаи такие в его жизни бывали. В любом случае конь долго упирался, но в итоге его всё равно пленили верёвочными хомутами. Почему же Лин так и не вмешался? Он был не в самой лучшей форме, да и для него на первом месте всегда был король, а уже потом всё остальное. Если бы Эдмунд был цел и невредим, то Корбрей не задумываясь рассказал бы об увиденном, но положение короля было катастрофическим и Лин решился солгать. Не ради себя, но ради монарха. Теперь же пришло время сделать то, что должно, пускай и шансов на то было немного.
Как и предполагал Корбрей с таким количеством добычи горцы ушли не так уж и далеко. В отличие от них опасаться дикарям в собственных владениях было нечего, разве что диких зверей, но главным хищником всё равно были как раз они. Для того, чтобы их отыскать пришлось вернуться к развилке меж двумя горными путями, находящимися у места гибели Сердца. Заранее зная о том, что могло ждать их за каждой из развилок, Лин повёл короля по безопасной тропе. Порой он специально подталкивал короля дать Метели неверный для поисков курс и это принесло свои плоды. И всё же пришло время поступить по совести.
Горцы разбили лагерь в небольшом, но достаточно открытом ущелье, поедая мясо и говоря на смеси из двух языков. Впрочем, сейчас Корбрея мало волновали вопросы общения, как и то, к какому из племён те себя относили. Хотя навскидку Лин бы сказал, что видит перед собой Молочных Змей из-за характерной пепельной боевой раскраски в виде чешуи, что изредка, но виднелась в отблеске большого костра. Тот был не в пример больше того, что смог соорудить он сам, но соревноваться в этом с горцами, привыкшими совершать невозможное в пределах необъятной горной цепи, было последним делом.
Камрита удачно оставили привязанным на входе, в основном из-за своих габаритов, что могли стать проблемой в ущелье. Однако в первую очередь рыцарь пришёл сюда за Звёздной чашей, пускай освобождение коня и было в его планах. Тот, к слову, словно почувствовал его присутствие. Ранее неподвижный, он начал отчётливо крутить головой, натирая веревочные узлы, что начисто лишали его подвижности, да и к тому же полностью покрывали морду. Не стоило и гадать – тот явно успел примерить свою челюсть на дикарях. Королевская же сумка находилась в самом центре лагеря у, по всей видимости, вождя или же лидера отряда. Расклад не в его пользу, но ничего другого Корбрею не оставалось.
- Эй. – едва слышно позвал Камрита Корбрей, прекрасно зная, что животное очень хорошо понимает человеческий язык. Всё же, как и происхождение короля, у коня имелись собственные особенности в данном вопросе. Пускай видеть этого за каменистой насыпью, что скрыла его от взора горцев, Лин и не мог, но конь тут же обратился во слух, узнавая его голос. – Дело дрянь, дружок. Твой хозяин едва дышит и ему нужна помощь. Сам должен понимать какая. – без каких-либо подробностей, описывал только основное гвардеец. – Как только я тебя освобожу дождись момента пока я не кину тебе чашу. Дальше делай, что хочешь. Уверен ты его найдёшь. – прикрыл Корбрей глаза, приготовившись к неизбежному.
