— У Дмитрия были и моменты просветления, — сказал Дэн. — И в такие моменты он начинал рассказывать мне о девушке, которую когда-то любил. О молодой женщине, которая танцевала с ним болеро. Иногда казалось, что он понимал, кто я такой и что меня привели к нему мысли о тебе. «Передай ей, — умолял он меня, — обязательно передай, что я никогда о ней не забывал. Я сбежал, потому что испугался, а не потому, что не любил ее». «А сможет ли она понять это? — спрашивал я его. — Как мне убедить Аню, если ты бросил ее на верную смерть?» Дмитрий долго не отвечал. Он опустил голову на подушку, глаза у него закатились. Я уже подумал, что он снова впал в кому, но вдруг его глаза открылись, он посмотрел на меня и сказал: «Как только я добрался до Америки, я понял, каким дураком был. Та женщина? Думаешь, она меня любила? Да она бросила меня на следующий же день. Когда я спросил ее, в чем причина, она ответила, что все это было ради того, чтобы насолить Ане. Я не могу объяснить, как она добилась такой власти надо мной, как ей удалось пробудить все плохое, что было во мне. А ведь Аня видела во мне столько хорошего! Наверное, в душе у меня все-таки оказалось больше черного, иначе почему победила Амелия?» Потом пришла медсестра и стала его осматривать, — продолжил Дэн, запуская в свои рыжие волосы пальцы. — Она измерила у него пульс, проверила капельницу и сказала мне, что я и так уже задал ему слишком много вопросов и что мне пора уходить, потому что раненому нужен отдых. Перед тем как выйти из палаты, я обернулся, но Дмитрий уже спал. В коридоре меня ждал священник.
«Дмитрий обратился в МОБ в тот же день, когда приехал в Лос-Анджелес, — рассказал он мне. — Но там никаких записей об Ане Любенской не нашлось, и тогда он попросил проверить имя Аня Козлова. Узнав, что она вернула себе девичью фамилию, мужчина сказал, что теперь он знает, что с ней все будет хорошо, она сумеет выжить».
Я спросил священника, когда Дмитрий рассказал ему об этом, и он ответил, что утром, во время исповеди.
На следующий день я снова отправился к Дмитрию. Его состояние ухудшилось, он был очень слаб. Всю предыдущую ночь я не мог заснуть, такое сильное впечатление произвело на меня общение с ним. «Но ты ведь не вернулся к ней, не так ли? — говорил я ему. — Ты даже не попытался ей хоть как-то помочь». Дмитрий посмотрел на меня печальными глазами. «Я ее слишком сильно любил, чтобы снова заставлять мучиться», — сказал он.
У меня на глаза навернулись слезы. Пока Дэн говорил, в моей душе уже созрело решение: я поеду к Дмитрию, спасу его. Своим поступком он доказал, что не был чудовищем. Он спас семнадцатилетнюю девушку, рискуя жизнью, и спас ее потому, что она напомнила ему меня.
— Как быстро мы сможем добраться до Америки? — спросила я у Дэна. — Когда я его увижу?
Слезы выступили у него на глазах. Мне показалось, что он старел на глазах. Наступил решающий момент. Мы какое-то время смотрели друг другу в глаза, не произнося ни слова. Потом он достал из кармана пиджака коричневый пакет и передал его мне. Я взяла пакет дрожащими руками и повертела его, Из него что-то выскользнуло и со звоном упало на стол. Ключ, Я не видела его уже несколько лет, но узнала сразу. Это был ключ от нашей квартиры в Шанхае.
— Он умер? — собрав последние силы, спросила я Дэна, и у меня по щекам потекли слезы.
Дэн протянул ко мне руки и крепко сжал мои ладони, словно боялся, что я упаду.
Ресторан уже наполнялся людьми. Обеденный наплыв посетителей. Вокруг — улыбающиеся лица. Постоянные посетители рассматривали меню, наливали в бокалы вино, чокались, целовали друг друга. Официант вдруг преобразился; он так быстро бегал от столика к столику, что и не уследишь. Мы с Дэном сидели, взявшись за руки. Дмитрий умер. Я почувствовала, как осознание этого факта медленно проникает в меня, входит в сердце. Парадокс заключался в том, что Дмитрий бежал в Америку за богатством, а нашел там боль и смерть. Я стала беженкой, но никогда по-настоящему не голодала. Все эти годы я пыталась заставить себя ненавидеть Дмитрия, а он думал обо мне каждую секунду.
Я сжала ключ в кулаке.
Позже, намного позже, когда я въехала в новую квартиру на Бонди-Бич и нашла в себе силы достать ключ из коробки, куда спрятала его, получив из рук Дэна, я заказала замок, который бы отпирался этим ключом. Другого способа разделить с Дмитрием жизнь и счастье я не нашла.
