Мучило искушение раздеться и нырнуть под одеяло — люблю я пошалить, но решил воздержаться, снял только куртку и скрылся в гардеробной, где и расположился дожидаться жертву. Настроился на долгое скучное бдение, но герой моих грёз, словно чувствуя настрой будущего господина не заставил себя ждать. Он явился чем-то рассерженный и принялся мрачно срывать с себя одежду. Даже в ванную не зашёл, чтобы достойно подготовиться ко сну, а сразу рухнул на постель. Брови сдвинуты, недовольная складка в углу рта. Придётся послужить коварным утешением: ничто так успешно не разгоняет светлую грусть как хорошо организованная пытка, уж я-то знаю!
Едва мой принц перекатился на бок, повернувшись ко мне спиной, как я скользнул на постель и крепко обнял его сзади. Ладонь держал наготове, чтобы сразу зажать кричащий рот, но не понадобилось парень только резко выдохнул воздух и замер, не трепыхнулся даже. Сознание потерял? Ничуть не бывало. Принял за подружку, устроившую ему сюрприз? Сейчас разочарую.
— Ну привет! — мурлыкнул я, прижал теснее. — Приятно познакомиться, мой прекрасный охотник на вампиров!
Последнее слово я растянул, поиграв всеми буквами — я умею!
Он вобрал в себя воздух, да и пора было, но опять не заорал, хотя сердце стучало глухо и часто, а по коже время от времени пробегала нервическая дрожь
— Кто ты?
— Догадайся, мой хороший! — продолжал я интимно ворковать. — Кто ещё способен среди ночи заявиться в гости к охотнику на вампиров?
Он вновь содрогнулся, но как-то незнакомо. Я недоумевал. Жертве полагалось трепетать от страха, а она как будто и совсем не боялась — это же нечестно, я так не хочу. Привычно прошёлся ладонью по гладкому телу, но исторг лишь тихий стон, а потом наткнулся нечаянно на такое, от чего челюсть отпала сама собой. Член юноши торчал как кол, я возбудил его, а не напугал! Ой!
Я едва не слетел с кровати чтобы пуститься в позорное бегство — вот ведь влип! Пришлось призвать на помощь волю, точнее то, что я подразумеваю под этим понятием. Человеческий щенок лежал и таял от желания в моих объятиях, мечтал, чтобы ночной гость взял его во всех смыслах этого слова, а я не каждому его помыслу мог пойти навстречу. Кровушки хлебнуть — всегда пожалуйста, во рту уже пересохло от жажды, но овладеть его телом — увольте. Я тварь без предрассудков, но вот не встаёт у меня на мужиков. Позорно признаваться, чего уж там: вокруг полно привлекательных юношей, а я как последний дурак всё бегаю за юбками — такая вот досада, и очень жаль. Я действительно временами расстраивался по этому поводу, ведь мог получить больше удовольствий, работая на оба фронта, но судьба удачей обделила.
Грустно, да, но сейчас конкретно одолевали стыд и смех. Выкручиваться всё же следовало.
— Вампир! — простонал он. — Я так ждал! Всё делал для того, чтобы ты пришёл и взял от меня всё что захочешь!
Как прикажете работать в таких условиях? Надежда на пытки рассеялась в прах. Я нарвался на созависимого. Встречаются такие люди, хотя и нечасто. Они сразу подпадают под обаяние мрачного образа ночного кровососа и готовы на всё, чтобы угодить в его власть. Это какая-то особая жажда подчинения. Другие смертные их не устраивают, им сразу подавай клыкастого королевича, ну или принцессу, это по-разному бывает.
Меня судьба до сих пор берегла от чудаков, я и не репетировал ничего на такой случай, но всё же сориентировался, жизнь чему только не научит?
— Хочешь моей любви? — произнёс я высокомерно. — Её ещё надо заслужить! Будешь слушаться и тогда произойдёт между нами то, чем я удостаиваю не каждого.
Над лексикой ещё надо поработать, да! Я прильнул губами к его шее — жрать хотелось до судорог, а он выгнулся навстречу и опять утробно застонал. Пить и хохотать одновременно неудобно — можно захлебнуться, потому я отольнул и начал допрос.
Парень отвечал быстро, с готовностью, сразу. Пытаемый неудовлетворённым желанием он был послушен и правдив. Я мигом узнал, что организовать группу вампироборцев вынудила неизвестная ему женщина. Когда он обозначил её как высокую стройную блондинку, я заскрежетал зубами — так много дам с этими приметами уже скопилось в поле зрения, что я не мог слышать самих слов — но вскоре мальчик уточнил описание. Я вычислил мерзавку достаточно скоро. Она назвалась Лорой, но я уже понял, что подлянкой занялась наша Милая Лорелея, узнавал даже её любимые словечки и интонации, которые мой простодушный созависимец воспроизводил без всяких усилий.
Усвоив информацию, я решил, что людьми заниматься больше нет смысла. Большинство из компании достаточно запугано, пропадёт давление извне, желание жертвовать собой лопнет как мыльный пузырь. Останется вот этот плачущий от тоски отморозок, но знавал я любителей в наших рядах, что будут благодарны за рекомендацию. Малыш даже и не узнает, что в дальнейшем им попользуется кто-то другой.
