Вдоль кромки воды брели люди. Хмурый рассвет, однообразный фон ивовых зарослей и непогода мешали их разглядеть. Один отличался телосложением и походкой. Выродок — телохранитель… Значит, среди них Лейза. И похоже, это она ступила на причал и в нерешительности замерла. Её плащ под напором ветра превратился в расправленные крылья. Казалось, ещё миг, и она взлетит к небу и оттуда, с высоты, вместе с крупицами льда рухнет в холодные воды.
Отправив отряд к монастырю, Киаран непроизвольно наклонился вперёд, не сводя глаз с идущей по причалу женщины. Для тревоги не было причин: рядом с Лейзой Выродок. Но напряжение, не дающее Киарану покоя уже несколько дней, передалось жеребцу — он сорвался с места в галоп.
Возле непрочного на вид деревянного сооружения топтались слуги. Постукивая башмаком о башмак и колотя себя по плечам, равнодушно наблюдали, как Киаран спешивается. Служить чужому господину они явно не желали: не поклонились, не подскочили, чтобы взять коня под уздцы. Кичливый горный народец… Местные порядки быстро сотрут с них налёт гордыни.
Подойдя к пристани, Киаран надавил ногой на тесину, проверяя на прочность. Выдержит ли древняя постройка троих? Доска под сапогом слегка прогнулась.
Осторожно ступая, он приблизился к матери герцога. Телохранитель уступил господину своё место и оставил их одних.
— Что вы здесь делаете, миледи?
— Гуляю, — ответила Лейза, напрасно всматриваясь в поверхность озера: своего отражения она не увидит.
— В такую погоду?
Неожиданно ветер утих, будто кто-то установил заслон. Киаран закрутил головой, вслушиваясь в тишину. От конюшни донёсся скрип несмазанных петель, долетело лошадиное ржание, и вновь стало тихо.
Лейза поправила на голове капюшон и повернулась к Киарану:
— Это место меня завораживает. Есть в нём что-то колдовское.
— Меня тоже завораживает, — сказал он, бесцеремонно разглядывая её губы: должно быть, горячие как огонь, раз кристаллики льда тают, едва их коснувшись. — Рассвет, снег, тишина… Рядом красивая женщина.
На губах заиграла лёгкая улыбка.
— Цвет вашего рода?
Киаран с усилием моргнул и посмотрел Лейзе в глаза:
— Что?
Она указала на брошь, приколотую к его берету:
— Коричневый алмаз.
Он мазнул пальцем по камню:
— Да, цвет дома Айвилей.
Лейза взяла в ладонь его медальон:
— Что означают эти стрелы?
Киаран пожал плечами:
— Не знаю. Герб рода придумал родоначальник.
Надо ли ей знать, что это оберег? Он обладает колдовской способностью оберегать хозяина не только от бедствий, но и от воздействия чар.
— Я слышала, он был колдуном.
— Я тоже слышал. — Стянув перчатку, Киаран сжал в кулаке медальон вместе с холодными пальцами Лейзы. — Вы замёрзли, миледи.
— Ничуть, — возразила она и, мягко высвободив руку, вновь устремила взгляд на поверхность воды.
Киаран подставил ладонь под снежную крошку, пытаясь вспомнить, о чём хотел поговорить с Лейзой. Но из памяти всплывали истории о далёком предке. Он якобы мог находиться в двух местах одновременно. Обладал способностью проникать в чужие сны, умудрялся убедить спящего человека, что тот умер, и человек, не просыпаясь, умирал на самом деле. Но всё, что предок оставил своим потомкам, это умение проводить ритуал с отказниками.
Айвили смирились с потерей дара. Из века в век тренировали наёмников, богатели и с гордостью рассказывали своим детям о знаменитом прародителе.
Киаран и его отец считали эти истории выдумкой — до тех пор, пока накануне казни не умер лорд Хилд, осуждённый за подделку завещания короля Осула. Причину смерти определить не удалось. Лорд просто-напросто не проснулся утром. Двое тюремных надзирателей клялись, что пропустили к заключённому его супругу Лейзу и она провела в камере всю ночь. Стражники и слуги твердили, что супруга лорда не покидала свой замок, который находился за десятки миль от Фамаля.
Потом произошло вообще что-то невероятное. Сотни людей, отец Киарана в том числе, видели Лейзу на похоронах мужа. Её голова была покрыта чёрным кружевным покрывалом, но вдову лорда узнали по фигуре и голосу: она произнесла короткую прощальную речь, а чуть позже у входа в родовую гробницу принимала соболезнования тех, кто знал её супруга лично. Как потом выяснилось, в это же время Лейза выкрала своего сына у назначенного судом опекуна и выехала из страны.
Прокатился слушок, что у Лейзы Хилд есть двойник или сестра — близнец, о существовании которой никто не догадывался. И только Киаран и его отец распознали в ней способности, которыми обладал их далёкий предок. Именно тогда, двадцать лет назад, они замыслили использовать Лейзу. Разузнали, где она поселилась, и первыми написали ей: мол, Айвили в долгу перед покойным лордом Хилдом и окажут любую помощь и поддержку, если Лейза и Рэн когда-нибудь вернутся на родину.
