Постепенно её рыдания стихли. Ничего не изменилось. Она по-прежнему здесь, в оккупированной Франции. Мёртвые были по-прежнему мертвы, а живые по-прежнему ждут её. Она встала на колени, а затем и на ноги, шатаясь под тяжестью радиостанции. Подняла велосипед.
Увидев её, Форнье выдал поток испуганных ругательств. Караульные в ста метрах пытались ей помочь, но Нэнси грубо отбрила их, и им пришлось довольствоваться ролью сопровождающих. Она доехала до полевой кухни и казарм, которые они оборудовали на заброшенной ферме в восьмистах метрах от того места, где она их оставила. Охранники показывали ей путь и следили, чтобы она не наткнулась на мины-растяжки, которые они установили вдоль дороги.
Казалось, она разучилась останавливаться и так и проедет сквозь лагерь. Тардиват схватил руль велосипеда и задержал её. Она посмотрела на него пустым, дезориентированным взглядом.
– Ради бога, помогите ей кто-нибудь! – закричал он.
Форнье подбежал и попытался снять её с сиденья, но она его оттолкнула. Толчок был слабый, но он сделал шаг назад и широко расставил руки. Она медленно слезла с велосипеда. Платье было всё в крови, рваное и грязное.
Денден осторожно снял у неё со спины ящик с радио и освободил ей руки. После этого она упала в обморок. Форнье поймал её и понёс – аккуратно, как жених – в фермерский дом, громко призывая на помощь врача.
– Нэнси, проснись.
– Денден?
– Да, моя единственная любовь, это я. Как ты? Можешь двигаться?
Она открыла глаза и осторожно поднялась на локтях. Характер боли изменился. Теперь она была тупая, пульсирующая, а не острая и обжигающая. На ней была тонкая хлопковая рубаха – ещё и чистая. Бёдра и лодыжки были перевязаны, а лежала она на толстом слое одеял на деревянной койке в маленькой квадратной комнате. Деревянные полы, окна без стёкол. Яркое солнце. Денден сидит в её изголовье на трёхногом табурете.
– Хорошо. Ты жива, – со вздохом облегчения сказал он. – Я уже начал бояться, что ты впадешь в очень романтическую кому, и нам придётся тебя здесь и похоронить. Я уже даже начал придумывать трогательный панегирик.
Она улыбнулась.
– Сколько времени я была без сознания?
– Чуть больше двух суток, если не считать один полусознательный момент, когда ты проснулась, попила воды и спросила, пришёл ли уже Анри.
Нэнси заметила рядом с ним на полу книгу и графин воды.
– Играешь в сиделку, Денден?
Он скрестил лодыжки.
– Только в перерывах между играми с моей новой прекрасной радиостанцией. После твоего возвращения наши душки из Лондона уже дважды сбрасывали всякие приятности на новые места, в том числе модные антисептические кремы, которые я и доктор втирали в остатки твоей прекрасной кожи. Как ощущения?
Она подумала.
– Как холодная вода в жаркий день. А с каких пор у нас есть врач?
– Его зовут Танан. Он присоединился к нам насовсем.
Нэнси кивнула. Танан был в числе лояльных медиков, которых Гаспар «похитил» в день «Д», чтобы помогать раненым. Седой, зрелый мужчина, который среди всего того ужаса действовал спокойно и оперативно. Он точно им нужен.
Нэнси протянула руку, Денден взялся за неё, и Нэнси перекинула ноги вниз и села на кровати. По мышцам пробежали маленькие вспышки огня, а приложив руку к щеке, она обнаружила, что плечо тоже перевязано.
– А как война?
– А, это… – протянул Денден, подавая ей стакан и наливая туда разбавленное водой вино. – Тебе хорошие новости или плохие?
– Просто скажи мне, – сказала она, жадно приникнув к стакану.
– Очень хорошо, бегут. Союзники высадились на юге. – Он положил руку ей на колено. – Марсель освобождён, но, прежде чем ты спросишь, – нет, у нас нет новостей о пленниках гестапо. Рейх отчаянно пытается вернуться в Германию, пока русские не захватили их родину и не отомстили за тот ад, который им устроили нацисты. Ничего хорошего их не ждёт.
Он замолчал и потёр шею, искоса глядя на неё.
– Денден…
– Если хочешь знать, в Лондоне хотят, чтобы мы… они настаивают, чтобы мы остановили батальон СС, который возвращается в Германию. Предлагают «окончательно остановить» их в Кон-д’Алье. По их данным, у нас есть три дня.
– А, да, с ними танк «Панцер», а может, и два.
– Предполагаю, они не уточнили, что подразумевают под «окончательно остановить»?
Денден снова наполнил её стакан.
