Меркури, похоже, вовсе не был ей убежден, но спорить всё равно не решился. Впрочем, его мнение на этот счет Синдер ничуть не волновало – имела значение лишь результативность его работы. Она знала правду о своих мотивах, и если он считал, что ей двигала жалкая ревность, то очень сильно ошибался. Синдер была вовсе не из тех женщин, которых возможно напугать какими-то там школьницами. Сама мысль о чем-то подобном казалась ей просто абсурдной.
Она всего лишь желала собрать как можно больше информации о знакомых Жона, вот и всё. Он уже доставил ей немало хлопот, застав врасплох своими выходками, и Синдер хотела оказаться максимально готовой ко всему, что могло произойти дальше. Никаких других причин так поступать у нее не имелось. Жон мог окружить себя любым количеством посторонних людей, но она так и останется той, кто его вырастила, – самой важной женщиной в его жизни, не являвшейся при этом его родственницей. Нет, даже самым важным человеком в его жизни. Уж точно поважнее его ‘любимых’ дядюшек.
Ничто не сможет изменить этот факт.
– М-да, не было заботы, – вздохнул Меркури. – Ну, по крайней мере, та девчонка с красными волосами оказалась довольно горячей. Парню очень повезло с командой.
Синдер прищурилась.
Да, его новая команда определенно заслуживала тщательного изучения.
***
Вспотевшая Пирра стояла на краю тренировочной площадки, испытывая некоторое удовлетворение. Пусть победа над Руби была вполне ожидаемой, но вот сложность ее достижения – уже нет. Разумеется, она не стала пользоваться своим Проявлением, но для нее оказалось приятным сюрпризом то преимущество, что давала Руби ее скорость. Это было примером того, что она сама вовсе не являлась таким уж невероятным феноменом, как утверждали некоторые.
К тому же, если принять во внимание то, что в данный момент происходило на арене, то этот сомнительный титул следовало отдать кое-кому другому.
– Ударь меня! – взревела Вайсс, утратив остатки своего терпения. Тяжело дыша, она стояла напротив Жона, а с ее растрепанных волос стекал пот. – Ты не можешь просто всё время защищаться. Мы тут торчим уже почти час.
– Я стараюсь!
– Старайся еще сильнее!
Вздохнув, Жон поднял свой клинок и бросился в атаку, но его действия были настолько предсказуемыми, что даже полностью вымотанная Вайсс легко отклонила его удар. В итоге меч оставил отметину в полу. Но когда Вайсс стукнула Жона по голове своей рапирой, то результат вышел точно таким же, каким он был последние сорок минут – то есть никаким. Аура Жона получила настолько ничтожный урон, что изменений в ее размерах оказалось просто не видно.
– Я сказала, ударь меня!
– Я так и сделал, но ты парировала мою атаку!
– Разумеется, я ее парировала, бестолочь! Кто вообще в здравом уме станет подставляться под такое?!
– Но… как же я тогда должен тебя ударить?
Вайсс в очередной раз утратила всякое терпение. Со злобным ревом она призвала многочисленные колонны льда и принялась гонять ими Жона по всей арене. Пирра волновалась бы о нем, если бы подобное не происходило вот уже, наверное, в пятнадцатый раз.
– Его стиль боя просто… уникален, – произнесла Руби.
– Я даже не уверена, что это вообще можно называть стилем.
– Потому-то он и уникален.
Пирра рассмеялась, утерев со лба пот.
– Не могу с этим не согласиться. Как бы то ни было, ты отлично справилась, Руби. В схватке с тобой мне пришлось очень даже непросто.
– Еще очень далеко до ‘отлично’, но я стану лучше, – отозвалась та, покосившись на Пирру. – В конце концов, мне требуется наверстать целых два года.
К своему удивлению, сама Пирра испытала в этот момент настоящую гордость за свою напарницу. Многие начинали ныть и жаловаться после поединка с ней, но Руби просто хотела стать еще лучше. Она уже сейчас оказалась довольно сильной противницей и при этом тренировалась на целых два года меньше остальных.
– Пирра… – окликнула Руби.
– Хм?
– Что ты думаешь о той девушке?
Улыбка Пирры моментально увяла, а сама она тут же нахмурилась, поскольку Руби подняла весьма болезненную для нее тему.
– Та, которая разговаривала с Жоном, да? Я не знаю… Раньше я ее никогда не видела, да и сам Жон сказал, что это его знакомая со времен до Бикона.
– Но ведь он никого не знал до Бикона, – заметила Руби. – Разве Жон не жил в каких-то диких землях со своей мамой?
– И с ее подчиненными, Руби. Помнишь, как он сказал, что на нее работают агенты. Эта девушка может оказаться ребенком кого-нибудь из них, так что они с Жоном вполне могли расти вместе.
– Подруга детства?
Эта мысль ранила Пирру подобно стреле, попавшей прямо в сердце. Она почему-то представила себе красивую девушку с пепельными волосами, державшую в руках лук. Нет, пожалуй, это было уже слишком. Жон всего-то один единственный раз с ней поговорил, а Пирра уже пришла к каким-то невероятно глупым выводам.
– Что-то с ней явно не так, – пробормотала Руби. – Не знаю почему, но… но эта девушка мне ни капельки не понравилась.
Похоже, что она и сама оказалась удивлена своим собственным признанием.
