– О, так ты набираешься опыта, да? – усмехнулась Синдер. – Уверена, что это станет прекрасным утешением нам всем, когда тебя начнут убивать.
– Я стараюсь изо всех сил!
– Значит, твоих сил недостаточно!
– Да для тебя их никогда не было достаточно! – взревел Жон, топнув ногой. Его глаза полыхнули красным, но он все-таки сумел взять себя в руки. – Тебе всегда всего было мало.
Что-то раздраженно проворчав, Жон развернулся и двинулся к двери.
– Не смей поворачиваться ко мне спиной! – рявкнула Синдер.
Жон застыл на секунду, но затем открыл дверь и вышел, захлопнув ее за собой. Наступила тишина, нарушаемая только звуками ее тяжелого дыхания. Вдох и выдох, вдох и выдох, пока ее глаза яростно пылали, а ладони сами собой сжимались в кулаки.
Этот… придурок. Как он вообще посмел? Как Жон осмелился ее игнорировать? Он всё испортит, а потом его еще и убьют, но ее, разумеется, волновало совсем не это. Из-за него наверняка возникнут проблемы с его матерью, поэтому следовало постараться избежать его смерти. Ее забота о нем являлась лишь проявлением профессионализма, не более. Когда они вернутся домой, Синдер возьмет ремень и заставит его обо всем очень сильно пожалеть. Она еще научит Жона выказывать ей должное уважение. Десять лет жизни потрачены на его воспитание, и какова же оказалась благодарность?
За ее спиной нервно кашлянули.
– Что?! – рявкнула Синдер, поворачиваясь к ним. Эмеральд, всё еще сидевшая на своей кровати, сжалась под ее убийственным взглядом, прикрыв ладонью рот.
– Н-ничего, – прошептала она. – Просто что-то попало в горло.
Нахмурившись, Синдер повернулась к Меркури.
– Есть что добавить? – спросила она.
– Нет, госпожа, – ответил Меркури, глядя на стену за ее спиной. Его плечи были неестественно напряженными. Да и вообще оба ее подчиненных выглядели сейчас так, будто страстно желали оказаться где-нибудь в другом месте, но боялись даже просто пошевелиться.
Сделав глубокий вдох, Синдер начала успокаиваться. Она совсем не привыкла испытывать подобный гнев, как, впрочем, и демонстрировать его окружающим. Но проклятый Жон все-таки смог задеть ее за живое. Вряд ли он вообще сумел бы порушить ее планы еще сильнее, даже если бы задался такой целью.
– У вас двоих уже есть мои приказы, – произнесла Синдер абсолютно спокойным голосом. – Защищайте его, но не открывайте ему ничего из наших планов.
Она хищно прищурилась.
– Что же касается тебя, Нео… – Синдер осмотрела комнату. – Где она?
Эмеральд с Меркури переглянулись, безмолвно решая, кто из них будет отвечать на этот вопрос, но оба испуганно вздрогнули, когда Синдер нетерпеливо топнула ногой.
Меркури поднял на нее взгляд и нервно улыбнулся.
– Она… эм… она ушла вслед за ним.
Синдер стиснула зубы.
***
– Я просто говорю, что это очень странно, – шепотом сказала Руби, обращаясь к Вайсс, когда они ужинали в столовой вместе с остальными членами их команд, за исключением Жона. – Прошло уже слишком много времени. Вдруг она его все-таки похитила?
– Руби, хотя я и признаю, что времени прошло уже прилично, но думаю, еще рано делать подобные выводы, – отозвалась Вайсс, ковыряясь вилкой в своей тарелке. – Вы с Пиррой видели только то, что он один раз с ней поговорил. У нас слишком мало данных для каких-либо обоснованных умозаключений.
– К тому же это прозвучало так, будто кто-то ревнует, – вмешалась в их разговор Янг, положив руку на макушку своей сестре. – Ах, эта молодая любовь! Как же она все-таки прекрасна.
– Янг, я уже говорила тебе, что между нами нет ничего подобного, – вздохнула Руби, наверное, в десятый раз за сегодняшний вечер. Раньше она краснела и начинала заикаться от таких намеков, но Янг использовала их слишком часто, и Руби уже успела к ним привыкнуть. – Мы с ним вовсе не парочка, а всего лишь друзья.
– Он твой друг, который-…
– Парень, – снова вздохнула она. – Мой друг мужского пола – мой парень. Да, я уже знаю. Ты повторила это как минимум пять раз.
Вообще-то, эта шутка устарела еще задолго до их рождения, и постоянные попытки Янг в очередной раз ей воспользоваться не делали ее ни капельки смешнее. Кроме того, Руби говорила чистую правду – Жон нравился ей, но отнюдь не в этом смысле.
Да и зачем ей вообще нужно было ревновать? Сама Руби ведь тоже нравилась Жону, причем именно в том самом смысле. Эта мысль заставила кровь моментально прихлынуть к ее щекам, но она постаралась все-таки взять себя в руки, потому что Янг обязательно всё неправильно поймет. Что Руби вообще должна была с этим делать? Раньше у нее никогда не имелось поклонников, так как она была всего лишь тупой младшей сестрой самой горячей девушки Сигнала, и выдающиеся навыки общения еще больше усугубляли ее и без того не слишком-то и завидное положение. А тут появился Жон, постоянно отпускавший комплименты ее глазам, ногам и оружию… Эта мысль всё же вынудила Руби покраснеть.
Но ведь она была совсем к этому не готова!
– Ага, вижу… Но если ты и в самом деле желаешь меня в этом убедить, то тебе стоит постараться перестать краснеть, – хихикнула Янг.
