Да и что такого было в том, что Жон принес ей цветы? Дважды. В отличие от всех прочих парней. И еще говорил ей комплименты, а также улыбался, придерживал для нее дверь… В общем, обращался с ней как с женщиной, а не как с девочкой-подростком или – хуже того – пацанкой-оторвой. Что в этом было такого особенного?
Но тысячи голосов в ее голове утверждали совсем другое, устроив между собой самое настоящее сражение.
‘Разве ты не мечтала когда-нибудь встретить своего принца?’
‘Когда-нибудь. Сейчас я к этому совсем не готова…’
‘Он же просто идеальный джентльмен и даже не видит в тебе ту бесчувственную грубиянку, которой ты и являешься’.
‘З-заткнись, я!’
Боги, разговоры с самой собой вряд ли можно было назвать хорошим знаком. Янг посмотрела направо, затем прямо перед собой, а после этого оглянулась назад… в общем, куда угодно, лишь бы не налево, где один конкретный шестифутовый блондин держал ее за руку и искренне улыбался всякий раз, когда встречался с ней взглядом. Жон выглядел невероятно счастливым, в то время как в животе Янг пресловутые бабочки устроили самую настоящую смертельную битву.
А так ли всё это вообще было плохо, как ей сейчас казалось?
Янг оглянулась назад и посмотрела прямо в серебряные глаза. Разве ей уже не был знаком этот сценарий? Сколько раз подобное происходило в Сигнале, когда Руби дружила с кем-то, а потом знакомила этого своего друга с ней, и Янг, как более взрослая, крутая и популярная версия своей младшей сестры, тут же занимала ее место? Сколько друзей она уже у нее увела и сколько сил приложила к тому, чтобы ничего такого больше никогда не повторялось?
Руби за это на нее не обижалась, а папа говорил, что вряд ли подобные друзья оказались достаточно хорошими, если уж так получилось. Впрочем, всё это нисколько не помогало Янг с легкостью забывать о каждом таком случае. Всякий раз она обещала себе, что этого больше никогда не повторится, и именно поэтому попыталась заставить свою сестру самой завести себе друзей в Биконе.
И ее план даже сработал! Теперь у Руби имелись Жон, Пирра и Вайсс – целая команда друзей, всегда готовых ее поддержать. Кроме того, Жон являлся парнем – возможно, даже самым первым – который проявил к ней интерес, выходивший за рамки дружбы. Янг прекрасно помнила его комплименты глазам и ногам ее сестры, а также эти его ‘нравилось то, что он видел’ и ‘хотел бы узнать ее получше’. Не были забыты и забавные вопросы Руби насчет того, как именно ей следовало выяснить, действительно ли некая девушка понравилась какому-то там парню.
Ее младшая сестра росла, расправляла крылья и начинала свои отношения с тем, против кого сама Янг ничуть не возражала. Жон был слишком невинен, чтобы попытаться провернуть с ней что-нибудь мерзкое, и оставался истинным джентльменом даже в ситуациях вроде той, когда он получил засос на шее. Возможно, сама Руби и надеялась на нечто большее, но вот ее старшая сестра воспитанием Жона оказалась очень даже довольна.
И вот теперь он держал за руку именно Янг, причем делал это прямо напротив Руби, которая бросала на них какие-то странные взгляды.
Сейчас Янг очень хотелось просто развернуться и извиниться перед ней… сказать, что ничего подобного она вовсе не планировала!..
Как Янг вообще могла предположить, что интерес Жона настолько быстро переключится именно на нее? Разве она с ним хоть раз флиртовала? Янг ничего подобного не припоминала… Ну, может быть, и имела место парочка невинных шуток. Они вообще довольно много шутили, и Жон оказался практически единственным, кто смеялся над ее каламбурами… А не являлось ли это первым признаком его к ней влечения?
Ладно. Итак, Янг украла у Руби ее самого первого друга в Биконе… а заодно и ее первую любовь.
И теперь она не знала, что ей следовало делать!
Хотя нет… знала. Ей нужно было как можно скорее всё исправить. Это ведь был шанс Руби обрести свое счастье, первый парень, к которому она проявила подобный интерес. Янг требовалось сделать так, чтобы Жон снова влюбился в ее младшую сестру.
***
Руби не знала, что ей делать.
Янг продолжала бросать на нее странные взгляды, но почему-то не желала смотреть ей в глаза. Она то краснела, то бледнела, то с неожиданно довольным видом посматривала на Жона, который, похоже, даже не подозревал о том, какой эффект оказывал на обычно уверенную в себе девушку.
Но Руби отлично понимала, что именно являлось причиной сложившейся ситуации, и в этом-то как раз и заключалась основная проблема. Жон вновь подумал, что его пригласили на свидание, и это снова оказалось виной Янг, которая опять произнесла одно ‘волшебное’ слово. А умудряясь быть еще менее социально приспособленным, чем сама Руби, Жон воспринял это ‘приглашение’ всерьез. В прошлый раз ей так и не удалось найти в себе силы всё ему объяснить.
