– Не знаю, Янг, – ответил он, аккуратно взяв ладонью ее палец. Ей очень хотелось залепить ему кулаком в лицо, но она просто не могла этого сделать. Плечи Янг вздымались и опускались, пока ее саму душила ярость. – Но зато я точно знаю, что всегда являлся полугриммом. Когда впервые тебя встретил, когда дарил тебе цветы, когда мы вместе танцевали на балу.
Жон подошел к ней поближе, на секунду замерев, когда наткнулся на ее яростный взгляд.
– Я был полугриммом тогда и остался им сейчас. Во мне с тех пор абсолютно ничего не изменилось. И в тебе тоже.
– Озпин бы с тобой не согласился, – выдавила из себя Янг. – Как, впрочем, и Рейвен.
– Но зато со мной согласятся Руби с Норой. И даже Кроу говорил именно в твою защиту, – когда она не стала ни кричать на него, ни бить, Жон подошел еще на шаг ближе и, довольно быстро вернув себе уверенность в своих силах, обнял ее обеими руками. – Я должен был остаться вместе с тобой. Чтобы всё объяснить или хотя бы просто находиться рядом.
– Должен…
– И я хотел так поступить. Но к сожалению, этот выбор делал не я. Руби, опасаясь того, что я могу как-либо тебе навредить, заставила меня уйти. Оставив тебе часть себя – Иня – я нарушил свое обещание ничего с тобой не делать. Но я просто не нашел в себе сил бросить тебя совсем уж одну.
– Ты нарушил данное Руби обещание?
– Да. Но я не мог оставить тебя вот так, Янг.
Она прикусила губу. Пусть ей и хотелось сказать, что он ее всё равно бросил, но это являлось бы самой настоящей ложью. Инь действительно поведал ей о Жоне, Салем и решении Руби отправиться в Мистраль. Может быть, так получилось случайно, но это всё равно оказалось и своеобразной запиской, и не менее своеобразным объяснением. Ничего другого Жон оставить ей просто не мог.
– Я не собираюсь вот так запросто тебя прощать, – проворчала Янг. – Ты бросил меня беременной и убежал. Да еще и с моей сестрой.
– Э-это совсем не так!
– И к чему же мы в итоге пришли?
Плечи Жона опустились.
– Я не знаю…
– А больше ты ничего говорить не умеешь? – ухмыльнулась Янг. – ‘Я не знаю’, ‘я не мог’, ‘что мне было делать?’ Почему бы тебе не перестать наконец болтать о том, чего ты не знаешь, и не-… мрфл!
Он закрыл ей рот поцелуем.
Вот ведь сукин сын…
Вопреки своему собственному желанию сопротивляться, Янг почувствовала, как напряжение последних дней покидало ее тело. Она закрыла глаза и прильнула к Жону, обняв его и позволив ему обнять ее в ответ. Он напоминал ей о том комфорте, что был до всех этих событий. До боли, ужаса и волнений встречи с Рейвен, до всяческих подозрений и угроз со стороны Озпина… Именно это ей сейчас и требовалось.
Когда они прервали поцелуй, Янг с некоторым раздражением обнаружила, что ей этого было недостаточно.
– Пусть я многого не знаю, – чуть покраснев и тяжело дыша, сказал Жон. – Но одно точно не подлежит сомнению. Я люблю тебя, Янг. Клянусь.
– А ты не подумал о том, чтобы сначала спросить моего разрешения?
Жон тут же нахмурился.
– Я не-…
– Ничего не говори, – рявкнула Янг, стукнув его лбом. Не настолько сильно, чтобы вызвать боль, но всё же достаточно, чтобы немного удивить. – Это была всего лишь шутка. Надо будет поработать над твоей уверенностью в себе. Если бы я не хотела поцелуя, то просто надрала бы тебе задницу. У тебя ведь теперь даже преимуществ полугримма передо мной нет. Инь бы с тобой точно справился.
– Всё возможно, – рассмеялся Жон, явно испытывая чувство облегчения и что-то еще. – И мне действительно нужно больше уверенности в себе. Папа часто об этом говорил.
Янг приподняла бровь.
– А ты не думал о том, что этот совет насчет отношений тебе давал человек, которого будущая жена похитила, заперла в подземелье и занималась с ним сексом до тех пор, пока он не смирился со своей судьбой?
Рот Жона немного приоткрылся.
– Эм… ну, теперь, когда ты об этом упомянула… Ай! Какого хрена?!
– Идиот, – рассмеялась Янг. – И помни, Жон, что ты мне задолжал. Причем так сильно, что я даже не знаю, как именно ты будешь со мной расплачиваться.
– Как насчет того, чтобы захватить власть над всеми Гриммами? В конце концов, я же являюсь их принцем.
То есть – осознавал он это или нет – но Жон предлагал ей стать Королевой. Сердце Янг быстрее забилось у нее в груди, а лицо сильно покраснело. Проклятье! Он всегда был таким – говорил всякую ерунду, от которой у нее голова шла кругом, даже если и не желал добиться именно такого эффекта.
Жон наклонился к ней.
– Могу я тебя еще раз поцеловать?
Ага, к вопросу о разрешениях. Но если он ожидал увидеть смущение Янг, пытаясь заставить ее согласиться, то прогадал. Вместо того, чтобы краснеть, она сама прильнула к нему и поцеловала Жона, вновь отдаваясь таким знакомым ощущениям.
Прижав его к себе, Янг улыбнулась, постаравшись игнорировать закашлявшегося внутри нее Иня. Тот проснулся, обнаружил, чем именно занимались его родители, и теперь мог лишь беспомощно за этим наблюдать.
– Больше не убегай, – прошептала Янг, когда они закончили целоваться. – Что бы ни случилось, какое бы решение ни принял Озпин, тебе запрещено покидать меня. А если ты-…
– Я тебя не оставлю, – пообещал ей Жон.
