– Это и в самом деле Озпин, – произнес ухмылявшийся Кроу Брэнвен, подходя к ним. – Мы расскажем тебе об этом как-нибудь потом, а пока придется просто поверить на слово.
– Хм. Поверю только тогда, когда увижу хоть какие-нибудь доказательства.
Озпин – или кем он там был – после ее слов выглядел сердитым и оскорбленным.
– Теперь, когда мы наконец воссоединились, я возвращаю себе пост лидера. У кого-нибудь есть возражения по этому поводу?
– Командуй, – ухмыльнулась Янг. – Это сродни тому, чтобы попытаться согнать котов в одно стадо. И я думаю, нам стоит просветить тебя насчет того, что сейчас происходит, верно?
– Я была бы за это весьма признательна, – и за саму информацию, и за возможность поговорить с ними без посторонних ушей. Вайсс хотелось о многом расспросить Жона. Например, о его матери. А судя по тем полным подозрений взглядам, что Янг с Норой бросали на Эмеральд, ей тоже придется кое-что им объяснить. И ни о чем из этого не стоило говорить рядом с Кроу и тем странным мальчиком, которого они где-то подобрали.
– Обсудим наши дела уже после того, как немного передохнем, – сказала Вайсс. – Наверное, мне стоит поблагодарить вас хотя бы за то, что вы не начали в мое отсутствие какую-нибудь войну.
– Я не настолько плох, – возразил ей Жон.
– Посмотрим.
Сразу же после ее слов раздался громкий взрыв. Вайсс вздрогнула, а затем вместе со всеми остальными посмотрела вверх, где всё еще кружил Быкоглав. Вот только из его борта валил густой черный дым, а сам он очень быстро снижался.
Второй находившийся в воздухе Быкоглав ушел в сторону, избегая попадания ракеты. Та пролетела мимо него, разорвавшись в кронах деревьев неподалеку от Хейвена. В небе над горизонтом показались темные силуэты.
Раздались звуки стрельбы.
– Проклятье, Жон!
– Здесь вообще нет моей вины!
– Всегда и во всем в конечном итоге оказываешься виноват именно ты, – проворчала Вайсс, ища укрытие от огня заходивших на посадку вражеских Быкоглавов. Она успела схватить мальчика за руку и потащить его за собой, проигнорировав неестественно спокойную просьбу его отпустить. Вайсс поудобнее перехватила его ладонь, а затем перешла на бег. – Я была лидером нашей команды всего пару минут и уже сильно жалею об этом. Что. Ты. Сделал?!
– Ничего!
В этот момент где-то неподалеку взвыли Гриммы.
Жон нервно сглотнул.
– И это тоже сделал не я.
Вайсс тихо выругалась.
***
– Ну, чисто технически мы спасли Рена и теперь направляемся в Хейвен, – сказал Сан. – Миссия выполнена, верно?
– Сан… – буквально прорычала Блейк.
В том, что она злилась, не было его вины. И ничьей не было, кроме, разумеется, Адама. А вот тот как раз и являлся виновником абсолютно всего плохого, что тут происходило. Блейк пришлось несколько раз вдохнуть и выдохнуть, чтобы хоть немного успокоиться. Нападение на Хейвен началось, и ловушка должна была вскоре захлопнуться. Теперь им следовало отыскать братьев Албейн, убить их и позволить Сиенне всех спасти.
Церковь Адама окажется уничтожена раз и навсегда.
Блейк оставалось только повторять себе это снова и снова.
– Во имя Адама, это был прекрасный выстрел.
– Адам направлял мою руку, брат мой.
– Как и мою, – рассмеялся первый стрелок. – Воля Адама ведет нас вперед.
– Ха-ха! Это точно. Благословен будь Адам!
– Благословен будь!
Здоровенный фавн, сидевший до этого возле пилотов, неожиданно поднялся, заставив всех замолчать. Слышен был лишь грохот выстрелов Быкоглавов по Хейвену. Фавн оказался седым и имел лишь одно собачье ухо, видимо, когда-то потеряв второе. На нем оказалось длинное красное пальто с точно таким же символом розы, который обычно носил Адам, а с шеи свисала золотая цепь со стилизованной рогатой бычьей мордой.
Боги, они уже докатились до создания икон. Во имя же Адама-…
Блейк в ужасе замерла.
Нет-нет-нет, только не это!
– Вскоре начнется битва, братья и сестры. Сегодня мы повторим то, что не так давно совершил Адам. Вера ваша в Него станет вашим щитом. Да направит Адам вашу руку. Не жалейте ни людей, ни тех фавнов, что не веруют в истину. Несите волю Его, словно факел. Верьте в свет Адама!
– Не оставим людям жизни! Сметем еретиков!
– Адам нас ведет!
Их вопли всё продолжались и продолжались, и в них, наверное, не было и десятка слов без хотя бы одного упоминания имени Адама. Кто-то достал потрепанную черную книгу и начал петь. Глаз Блейк дернулся, когда к нему присоединились еще несколько фавнов. Гимны. В честь Адама уже сложили гимны. Причем очень плохо зарифмованные.
– Убить-убить-убить, – бормотала Блейк, раскачиваясь вперед и назад на своем месте. – Убить-убить-убить.
– Ха-ха! Вот это, я понимаю, настрой, сестра, – хлопнул ее по плечу сидевший неподалеку фавн. – Вместе мы покажем им волю Адама!
То ли он был не в меру храбрым, то ли просто безумным, но фавн повернул ее лицом к себе и улыбнулся.
– Вижу в тебе свет истинной веры. Адам улыбается, глядя на тебя, сестра.
Сдержать ее удалось только совместными усилиями Сана и Рена. Но фавн увидел в этом лишь правильную, по его мнению, реакцию на имя Адама и похвалил набожность Блейк.
– Не время впадать в бешенство, – прошипел Сан.
