— Что-то не так? Я действительно не работала с ведущими актерами, но мне приходилось красить статистов, еще когда я училась на «Мосфильме». Я работаю, как нас учили, все выполняю, — горяча убеждала Даша, — по всем законам современного грима. Я и книги все новые про грим покупаю, и иногда журналы… чтобы не отстать от жизни.
— Слушай, а почему ты так не уверена в себе? — вдруг спросила Алла, досадливо поморщившись.
— Почему… как… Что вы имеете в виду?
— Ничего особенного. Просто я задала тебе вполне невинный вопрос, а ты сразу начала оправдываться.
— Я… извините.
— Не извиняйся, дурочка, — ухмыльнулась Алла, — да, с таким темпераментом карьеры не сделаешь. Тебе надо быть понаглее. Впрочем, наглость приходит с опытом, уж я-то знаю. Я тоже когда-то слыла скромницей.
— Вы?!
— А что в этом такого? В общем, с гримом ты справляешься отлично. Пожалуй, лучше всех, с кем я имела дело в кино. Конечно, тебе не хватает профессионализма, зато ты стараешься, даже если актера снимают только со спины.
— Спасибо. — Даша даже раскраснелась от неожиданной похвалы.
— А вот прическа… — тем временем продолжила Алла.
— А что — прическа? — Даша машинально поправила челку. Алла заметила это и рассмеялась — у нее был приятный, заразительный смех.
— Я не твою прическу имею в виду, балда, — почему-то это фамильярное «балда» отнюдь не покоробило Дашу, — а прическу Машки Кравченко! Она все время одинаковая. Ты понимаешь, Даша, действие в нашем фильме растягивается на несколько месяцев. Сначала мы знакомимся с героиней в Москве, потом она приезжает сюда, знакомится с главным героем. Ты же понимаешь, что их отношения развивались не три дня. А она, тем не менее, все время одинаковая, как героиня сериала «Богатые тоже плачут».
— И что же делать?
— Сменить прическу, естественно.
В этот же день Даша решила поработать с Кравченко — придумать ей новую прическу для завтрашней съемки.
— Бред какой-то! — возмущалась Машка. — Почему это я должна быть разной? Мерилин Монро вот везде одинаковая, и ничего — секс-символ!
Через несколько минут Даша поняла истинную причину недовольства красавицы.
Неуверенной рукой парикмахера-дилетанта она собрала густые Машины волосы в аккуратный хвост на затылке. Посмотрела в большое зеркало на результат своих «творческих поисков» и ахнула. У Марии Кравченко были уши эльфа из фэнтези-фильма. Они сразу бросались в глаза, они доминировали над всем остальным, и они были ужасны! Большие, оттопыренные как паруса у гоночной яхты. Да, при желании красавица вполне могла бы претендовать на роль Чебурашки.
Maшa перехватила ее изумленный взгляд и раздраженно заметила:
— Да знаю, знаю! Мне еще на вступительных экзаменах во ВГИК говорили, что с ушами придется что-то сделать! Причем считается, что это очень простая операция, чуть ли не под местным наркозом. А я все равно боюсь, — Маша нервно хохотнула, — по мне, так лучше с такими ушами, чем вообще без ушей.
Даша вздохнула. Да, о конском хвостике иди элегантном пучке здесь не может быть и речи. A, какие еще прически она может придумать? Вот если бы у Кравченко были короткие волосы… Вопреки распространенному мнению, для коротких волос существует миллион разных причесок, для длинных — десяток, причем все они похожи одна на другую, как яйца из одного гнезда. Похоже, придется все-таки остановиться на хвостике.
— Ладно, — Даша ободряюще улыбнулась, — кажется, у меня был с собой скотч!
— Что?
— Скотч. Прозрачная липкая лента.
— Я знаю, что такое скотч! — разозлилась Маша. — Если я натуральная блондинка, это вовсе не значит, что я совсем дурочка!!! Я спрашиваю, при чем здесь скотч?!
— Мы приклеим твои уши. Я, честно говоря, никогда не пробовала, но нам рассказывали, что в Голливуде именно так и делают.
— В Голливуде никогда не будут снимать актрису с оттопыренными ушами, — фыркнула Маша, скотч же будет видно!
— Ничего, мы порежем его на маленькие кусочки. В нескольких местах придется приклеивать. А сверху я замажу его тональным кремом и припудрю немного. Ну и предупредим оператора, чтобы не брал слишком крупных планов.
— А не отвалится?
— Брось! Тебе же надо продержаться всего один дубль! Я возьму скотч с собой и каждые пятнадцать минут буду подклеивать. А что поделаешь — искусство требует жертв!
Так они и сделали. Даше действительно никогда раньше не приходилось приклеивать чьи-нибудь уши к голове. Но, как ни странно, получилось вполне естественно. Например, Алла Белая даже ничего не заметила. А ведь перед каждой съемкой она пристально рассматривала актеров. Чуть ли не в рот заглядывала, как важный барин, покупающий крепостного крестьянина. Иногда она делала Даше замечания. Например, однажды ей не понравилось, что у Маши слишком ярко накрашены губы.
— Дарья, ты вообще сценарий читала? — раздраженно воскликнула она. — Мы снимаем сценки из сельской жизни, а у тебя актриса накрашена, как девка с Комсомольской площади.
— Но ей очень идет такой цвет, — оправдывалась Даша, — и потом, в этом сезоне в моде ярко-розовый. И самой Маше нравится.
