— Ты же никогда не работала по специальности, — усмехнулась Верка, — столько лет прошло с тех пор, когда ты закончила ли курсы! Уже, наверное, и забыла все! Не боишься опозорится?
— Ну, освежу кое-что в памяти, конспекты-то остались, — Дашу немного удивила агрессивная реакция лучшей подруги, — попрактикуюсь. Хочешь, приходи ко мне завтра, я тебя как-нибудь накрашу?
— Ты? Меня? — Вера неестественно громко расхохоталась. — Да я и сама себя могу накрасить в тысячу раз лучше. Даш, у тебя же, между нами, вкуса нет! И вообще, работать с этой крашеной куклой? С этой пустоголовой профурсеткой?
— Четыреста баксов, — деликатно напомнила Даша. — Кроме того, съемки будут проходить в Адыгее. Хоть развеюсь, а то я уже четыре года никуда дальше родительской дачи не выезжала.
Верка озадаченно замолчала и отвернулась к окну. Да, четыреста баксов — это весомый аргумент. Сама Вера — технический переводчик — получала в своей конторе чуть ли не вдвое меньше.
— И все равно, я бы на твоем месте не согласилась. Из принципа, — наконец высказалась она.
— Ты просто завидуешь, — усмехнулась Даша.
— Я?! Завидую?! — взвилась Верка.
Даша удивленно на нее посмотрела. На самом деле она просто пошутила — подруги с детства любили безобидно подкалывать друг друга. Но, на этот раз, язвительная реплика попала точно в цель — как говорится, в самое яблочко. Верка действительно ей позавидовала — как же так, незаметная Дашка, героиня второго плана, домохозяйка и классическая неудачница, будет работать в кино и даже получать больше, чем она, красивая и талантливая Вера?!
— Ну, скажешь тоже, — передернулась Вера, — было бы кому завидовать. Старая дева! Без образования и карьеры! Единственный раз в жизни повезло — бросили ей работу, как собаке кость! Да весь класс знает, что ты была влюблена в Веденеева, бегала за ним. А теперь у меня с ним свидание, вот ты и позавидовала!
— Вер, ты что? При чем тут Веденеев? Когда это было? — удивилась Даша.
— В старинные года! — огрызалась Вера. — Правильно сделал Суздальцев, что тебя бросили! — Подруга тут же осеклась, поняла, что переборщила, но было уже поздно — Дашино лицо потемнело, словно африканское небо перед близкой грозой.
Опасная тема. Об этом никогда нельзя говорить. Верка это прекрасно знала. О чем угодно — только не о Суздальцеве.
…За окном бежали тени — домов, людей, машин. Даша хмуро и, пожалуй, чересчур пристально вглядывалась в расплывчатую грязь московских улиц Леша Суздальцев… Взрослый мужчина с лицом нашкодившего ребенка, человек-ураган, человек-обман.
Он мечтал стать великим путешественником. Вечно носился по городу с какими-то картами под мышкой. Однажды купит металлоискатель и заявил, что под Москвой зарыты клады фараонов. Целые дни проводил в пыльных архивах, срисовывая какие-то схемы, слонялся по пыльным летним бульварам, вооружившись транспортиром и компасом. «Мы станем миллионерами! — с придыханием говорив он снисходительно посмеивающейся Даше. — Мы поселимся в шикарном семиэтажном коттедже на берегу океана, я куплю тебе брилльянты!» «Зачем мне брилльянты на берегу океана! — смеялась она. — Сойдет юбочка из лиан и ожерелье из тропических цветов!»
В итоге клада он, разумеется, не нашел.
Он сам сконструировал воздушный шар (правда, немного ошибся в расчетах и шар не взлетел — даже на полметра), он сам построил плот из пивных банок, он мечтал сконструировать крылья и спланировать на них с крыши тринадцатиэтажного дома.
Вечерами он сидел над своими картами, что-то бормотал, лихорадочно щелкал калькулятором — к кругосветному путешествию готовился.
Они познакомились, когда Даше едва исполнилось двадцать пять. Она уже давно считала себя старой девой, работала секретаршей в рекламном агентстве, носила хвостик на затылке и очки со стеклами без диоптрий — просто так, для солидности.
Даша точно помнила — это случилось двадцать девятого декабря. Мама отправила ее за елкой.
Пощипывающий кожу мороз, мерцающий в светлых пятнах фонарей снег, переполненный елочный базар… «Потратиться на нормальную елку или просто насобирать веток и красиво расставить их по вазам?» — мучительно соображала она. С одной стороны, елка — это непреходящее детство. Под елкой таинственный Некто оставляет по ночам долгожданные подарки, а под ветками — не факт. С другой стороны, у нее осталось всего ничего. А еще надо купить подарки папе и Верке. Хотя бы какую-нибудь мелочь, но купить!
— Вы, наверное, великий ученый и размышляете над новым доказательством теоремы Бойля? — услышала она приятный баритон и не сразу поняла, что вопрос относится к ней.
В ожидании ответа перед ней стоял невысокий мужчина в спортивной синей куртке и смешной кроличьей ушанке, лихо заломленной на одно ухо. Он широко улыбался, а на его загнутых ресницах таяли блестящие снежинки.
— Не было такой теоремы, — удивилась Даша, — по крайней мере, я не слышала. К точным наукам я отношения не имею.
— Ну, тогда задумались о судьбах мира? — не отставал навязчивый собеседник.
