Белая ворона полностью

– Послушайте, Яна, вас никто здесь не держит, – мягко ответил Звоницкий. – Берите Гарри, прыгайте в машину, и через пару часов вы будете дома.

– Не-ет, я вас тут одного не брошу! – упрямо проговорила ассистентка. – Тут вон какие дела затеваются… два трупа, и это явно еще не конец.

– Что вас наводит на такие мысли? – изумился Глеб Аркадьевич. – Вы знаете что-то, чего не знаю я?

Яна передернула плечами и мрачно ответила:

– Да нет… просто мне так кажется. Это Злобино – настоящий гадючник. Видали, какие тут менты? На голливудских полисменов похожи.

– Яна! – укоризненно воскликнул Звоницкий. – «Менты»! Вы бы еще сказали «легавые»! Вы что – воровка со стажем? Между прочим, эти парни охраняют вас от убийцы, который, очень вероятно, бродит неподалеку. А что они себя так странно ведут… Ребята из маленького провинциального городка насмотрелись голливудских «шедевров». Им кажется, что это стильно – темные очки, каменные физиономии…

Яна резко остановилась – так, что Джерри взвизгнул, когда поводок натянулся.

– Значит, вы тоже думаете, что этот Кира не убивал девицу? И что убийца еще на свободе?

– Понятия не имею! – честно ответил Звоницкий. – Но, боюсь, в самое ближайшее время это выяснится… Кстати, Яна, одолжите мне ненадолго ваш телефон.

Ассистентка молча протянула Глебу маленькую серебристую «Нокию».

Оказавшись у себя в комнате, Глеб Аркадьевич предпринял кое-какие действия, которые показались бы странными человеку, незнакомому с ветеринаром близко. Звоницкий взял лист бумаги и написал на нем несколько букв и цифр, а также один московский адрес. Память у ветеринара была превосходная, и он без проблем запомнил адрес и номера автомобиля матери Каролины.

Затем Глеб Аркадьевич, мягко ступая, подошел к двери своей комнаты и рывком распахнул ее. За дверью никого не оказалось. Тогда Звоницкий старательно запер дверь, проверил, хорошо ли закрыты окна, и только после этого взялся за мобильник. Трубку на том конце сняли сразу, и связь была превосходной.

– День добрый, Паша! Как дела? Процветаешь, да? Ну, молодец. Да, стараюсь, стараюсь… хотя куда нам до вас, молодых… А если серьезно, Паш, у меня к тебе дело. Будь другом, пробей по базе адресок один и госномер машинки… да, дама одна. Нет, ничего важного. Буду очень обязан. Сам перезвонишь? Жду.

И Звоницкий оборвал связь. Человек, которому звонил Глеб Аркадьевич, был одним из многочисленных знакомых «из прошлой жизни». Во времена работы в прокуратуре многие водили знакомство с влиятельным Глебом Аркадьевичем, многие были ему обязаны. В те далекие времена карьерист Звоницкий тщательно коллекционировал полезных людей. Никогда не забывал поздравить с юбилеем или продвижением по службе, охотно оказывал услуги, если это не требовало каких-то чрезмерных усилий… Теперь Глеб Аркадьевич иногда обращался к ним за помощью. «Полезные» люди после взрыва разом исчезли из его жизни, но если он звонил сам, никогда не отказывали, помня старые добрые времена…

Звонок раздался через десять минут. Звоницкий поднял трубку:

– Ага, записываю… да неужели? По этому адресу в Москве парковка торгового центра? Ничего удивительного, чего-то в таком роде я и ждал… а машинка? Там с номером все в порядке, надеюсь? Ага, пишу… И адрес есть? Спасибо, дорогой! Я твой должник… шучу, шучу… Так, пишу… Московская область, город Злобино, улица Лесная, дом три. И я рад тебя слышать! Надеюсь, увидимся. Ну, пока!

Звоницкий опустил телефон на колено и довольно улыбнулся. Он любил, когда его догадки подтверждались – кому же не нравится чувствовать себя умным, проницательным и крутым профи?

Первые сомнения возникли у Глеба еще там, в подвальном помещении морга. Уж чересчур быстро мать погибшей опознала тело. Когда-то давно по долгу службы Звоницкому приходилось присутствовать на опознаниях – нечасто, но бывало. Так вот, родные и близкие, как правило, всеми силами оттягивали момент опознания, сомневались, даже когда покойника узнать было не так уж сложно. Это своего рода психологическая защита – пока не опознан в лежащем на цинковом столе трупе, значит, остается надежда, значит, жив… А эта дама едва ли не с порога, ну по крайней мере с первого взгляда, опознала дочь в неузнаваемом, полгода пролежавшем под водой теле.

Кстати, никто из Карауловых, которые хорошо знали и часто видели Каролину Азину, тоже ведь ее не опознал. Каждый из них сомневался: «Да, возможно, она… но стопроцентно не поручусь…» Вот изумрудное колье все опознали уверенно. Но если колье подлинное, то это не значит, что и девушка настоящая.

Хотя… кем еще могла быть незнакомка из озера? Волосы, платье, украшение принадлежали Каролине. Девушка поссорилась с женихом, Коля и Лида Волгины даже видели, как Кирилл ударил Каролину…

Кстати, почему младший Караулов расторг помолвку? Просто ссора влюбленных? Или Кира раскусил авантюристку?