— Да не убивайся ты так, — сочувственно похлопал его по плечу татарин Ройзман, — В жизни всё бывает. Этому учит нас татарский народный эпос о Шиксе и Шлимазле. Приведу пример. Однажды Шлимазл ушёл в поликлинику сдавать анализ кала. Кал он хранил в спичечном коробке. Ушёл и не вернулся. Взволнованная его исчезновением Шикса бросилась в милицию, больницы, вытрезвители, побывала в морге, встречалась с сектантами и неформалами, навещала народных целителей и ясновидцев. Всё было безрезультатно. Как-то позвонили из поликлиники и спросили: «Где кал?» Шикса не выдержала и расплакалась в телефонную трубку. Наконец в одной из больниц обнаружился мужчина похожий на Шлимазла, но после травмы головы потерявший память.
— Шлимазл, родненький, — рыдала над его кроватью Шикса, — неужели ты меня забыл?
И Шлимазл вспомнил почти всё! Он вспомнил, как к нему подошла подвыпившая компания и попросила закурить. Вспомнил, как достал из кармана заветный коробок… А дальше память не восстановилась. Так гласит народный татарский эпос о Шиксе и Шлимазле.
— Татарский народный эпос лишён пикантности и мало динамичен, — вновь вмешался в беседу Ян Кац. Толи дело киностудия «Антисар». Там сейчас приступили к съёмкам фильма о видной израильской политической деятельнице, пламенном борце за права сексуальных меньшинств и несгибаемом стороннике соблюдения законных прав арабского народа Палестины. Фильм называется «Резиновый шейх». Главная женская роль, роль прогрессивной, но неудовлетворённой своей сексуальной жизнью политической деятельницы, станет новой творческой удачей Варвары Исааковны Бух-Поволжской. Резинового шейха (куклу мужчину), который оживает при первом прикосновении трепетных пальцев Варвары Исааковны, запечатлит для потомства шейх Мустафа. Как и во всех фильмах киностудии «Антисар», в «Резиновом шейхе» будут широко представлены искренне чувства, глубокие страдания, большая любовь и страшные преступления.
Медсестра Фортуна рассказов Каца о творческих планах киностудии «Антисар» не слышала, так как пребывала в это время в туалете и вернулась оттуда белая от ярости и матерясь не по-женски. В тот день на стене туалета, помимо надписи, которая долгие годы украшала его стены и гласила: «Настоятельная просьба сливать воду в обоих случаях!!», появилось трогательное сообщение о том, что доктор Лапша + доктор Керен + больничный раввин (слава Богу) + знаменитый насильник (платоническая) + шейх Мустафа (в извращённой форме) + героическая медсестра Фортуна = любовь.
— Здравствуйте, дорогая, я ваш патологоанатом — попытался как-то успокоить Фортуну чувствительный к чужому горю Кац, — С вами что-нибудь стряслось?
— Опишу вам своё горе с большим удовольствием непосредственно офицеру безопасности — с вызовом отозвалась Фортуна. После прибытия последнего медсестра из народа сообщила следующее.
