Эта история о Шиксе и Шлимазле почему-то нашла особый отклик в рядах беременных. И даже у жены Мансура, которая была далека от реалий, в которых жили и боролись Шикса и Шлимазал, на глазах почему-то выступили слёзы.
Но волшебную атмосферу татарского народного эпоса быстро развеяли раздраженные крики супруги Пятоева — Розы.
— Нет, папа, я к вам отношусь с большим почтением, но это не означает, что я должна слушать и нюхать то, что вы пукаете.
В ответ слышалось невнятное бормотание Леваева.
— И не нужно клясться хлебопродуктами, — невнятное бормотание прервал резкий голос Розы, — эти клятвы черствыми корками осточертели мне с детства.
Вновь раздалось невнятное бормотание.
— То, что вы питаетесь только свежими продуктами… — резкий голос Розы перешел на визг, — я не знаю, что вы с этими продуктами делаете, но запах от них исключительно резкий.
Невнятное бормотание было ей ответом.
— Нет, не надо брызгать на брюки одеколоном, — судя по голосу, у Розы на душе наболело, — просто не пукайте в моем присутствии, и я перестану говорить на эту тему.
Бормотание становилось все невнятнее.
— Нет, папа, я вас люблю, и даже уважаю, но из-за беременности меня стали раздражать запахи, — чувствовалось, что Роза отступает, — и не говорите, что вы не можете сдержаться, потому что так волнуетесь за моего ребенка. И не обещайте сесть на диету. Я не думаю, что что-что изменится к лучшему, если вы будете есть только овощи.
Леваев искал какой-то разумный компромисс, и скандал затухал.
— И что она пристает к пожилому человеку, который не может сдержать своих чувств, — осудил поведение Розы Пятоевой прямодушный Ян Кац.
Атмосфера гинекологического отделения «бет» меня завораживала, покидать общество беременных женщин не хотелось, и я, удобно усевшись на тумбочку Розы Пятоевой, включил висевший над её кроватью телевизор на любимый мной тридцать третий канал, который транслирует заседания Кнессета. Обсуждался вопрос об иностранных рабочих. По словам министра, отвечающего за занятость и благосостояние, три отрасли израильской экономики, в принципе, не могут обойтись без иностранной рабочей силы. Это сельское хозяйство, где ударно трудятся таиландцы, строительство, где сошлись пути-дороги румын и палестинцев. Впрочем, палестинцы где только не трудятся, параллельно с этим составляя гордость и красу израильского уголовного мира. А также уход за престарелыми, где простые филиппинские женщины проявляют чудеса мужества и героизма.
Министр занятости и благосостояния, представитель партии религиозных евреев, был юн, полон сил и творческих планов, прекрасно ориентировался в теологических вопросах и от проблем занятости и благосостояния был далёк чрезвычайно. По его мнению, для ухода за престарелыми было бы разумно привозить женщин из стран Восточной Европы, в частности из Украины и Румынии. Во-первых, можно набрать профессиональных медсестер, которые у себя на родине получают за полгода столько, сколько будут получать в Израиле за месяц. Во-вторых, многие из нуждающихся в уходе израильские старики сами выходцы из Восточной Европы, и общность языка на порядок улучшает качество работы сиделок, так как создает психологический контакт между престарелыми гражданами и ухаживающими за ними.
Юный и полный энтузиазма министр на этом закончил свое выступление и скромно потупился в ожидании оваций. Но бурных аплодисментов не последовало. Первой его осудила лидер партии «Энергичная работа» Великий Вождь и Учительница.
Она разразилась пламенной речью в защиту законных чаяний сексуальных меньшинств, которые, по ее мнению, будут ущемлены массовым завозом в Израиль блондорасисток.
«Вот фанатичка, — думал, слушая её, представитель религиозной партии, — от ее речей веет мрачным средневековьем, и это приходится слушать с трибуны Кнессета в двадцать первом веке».
— А вы знаете, девушка, конечно, возбуждена, но, по сути, она права, — подал голос министр иностранных дел. Недавно члены Кнессета торжественно поздравляли его то ли с восьмидесятилетием, то ли с девяностолетием, и он позволял себе называть остальных депутатов девушками или молодыми людьми, в зависимости от их половой принадлежности. — По роду своей работы мне приходится бывать в разных странах, я хочу сказать, что привозить медсестер из Восточной Европы, это, конечно, абсурд. Они практически все повыходят замуж в Израиле в течение полугода. Филиппинки в этом плане значительно безопаснее. Значительно. Но самое благоприятное в этом плане впечатление на меня произвели жительницы Перу. Маленькие, толстенькие и совершенно бесформенные. С точки зрения замужества они совершенно безопасны. Даже если кто-то на такую и польститься, к этому несчастному мы должны относиться снисходительно.
