22 января 2015 года украинские СМИ и соцсети «взорвались» новостью: сепаратисты захватили Донецкий аэропорт — символ героической обороны украинской армии. В Министерстве обороны Украины подтвердили — «киборги» с потерями отошли из руин нового терминала. Оборона Донецкого аэропорта, а точнее его старого и нового терминалов, продолжалась с 26 мая — около 240 дней… Длительное время ситуация вокруг аэропорта оставалась относительно спокойной. Серьезные штурмы стратегического объекта начались уже после заключения Минских соглашений в сентябре 2014 года… Со временем, после многих штурмов, аэропорт получил и символическое значение. Для Украины — это свидетельство героизма ее бойцов, которые успешно противостоят мощным силам врага. Аэродром стал «украинскими Фермопилами» и «донбасским домом Павлова», а его защитников противник за стойкость назвал «киборгами».
Из материала BBC Украины от 23 января 2015 года
В Сталинграде был сломан, по советскому клише, хребет фашизму. Вот здесь я своими глазами видел, как в этом мини-Сталинграде ломался хребет уж не знаю, чему там — фашизму или нет — но вот мордоризму этому, оркизму, бессмысленному кровожадному терроризму — точно. Для меня нет никакого сомнения, что ДНР, ЛНР — это совершенно придуманные искусственные полуфашистские организации, задача которых не сделать что-то для украинского народа, не создать что-то для украинского народа, не сделать украинский народ счастливым, а просто создать бесконечную зону кошмара, превратить Украину в аэропорт.
Из выступления журналиста Los Angeles Times Сергея Лойко, находившегося в ДАП в разгар боев в эфире «Эхо Москвы» 29 октября 2014 года
Одним из участников штурма Донецкого аэропорта в составе интербригады «Пятнашка» был украинский гражданин, уроженец Мариуполя Роман Джумаев.
Летом 2014 года, в возрасте 23-х лет, Роман пошел воевать против Украины на стороне боевиков. На фронте он пробыл год: участвовал в боях за Дебальцево и ДАП. За это в Украине на него завели уголовное дело по ч. 5 ст. 260 Уголовного кодекса (участие в НВФ).
Наша встреча с Джумаевым состоялась в марте 2016 года в одном из минских торговых центров. Глядя на этого аккуратного и вежливого молодого человека, сложно было поверить, что перед тобой — боевик ДНР, который участвовал в наиболее ожесточенных сражениях. Джумаев высказывал свои мысли ясно, не заменяя каждое второе слово в речи нецензурной бранью. Обращался ко мне исключительно на «вы», хотя я был старше его всего на три года. Роман утверждал, что до войны работал программистом. И внешне он действительно больше походил на айтишника, чем на бойца.
