Когда в Мариуполе был референдум (не признанный мировым сообществом референдум о независимости ДНР. — И. И.), весь город пришел голосовать. Все, кто голосовал, думали, что это референдум о присоединении к России. Как оказалось — нет. У всех была мысль, что Россия нас примет. А по факту все это тянется, тянется…
К «ополченцам» люди часто подходят и спрашивают: когда это закончится? Да если б я знал! Теперь, на самом деле, местные жители уже ничего не хотят. Они просто хотят, чтобы все это закончилось. Столько людей погибло, столько разрушений. Поселок Октябрьский (это между вокзалом и аэропортом) — он просто стерт с лица земли, нет ни одного дома. И таких поселков много.
А глядя на это, глядя на все эти жертвы, у тебя не появилась мысль, что все это зря?
Ну, с моей стороны я не скажу, что все это было зря. Я знаю, что я многим людям помог. Конечно, может, если бы все это не началось, то этого и не нужно было бы делать… Но я все равно не думаю, что все закончилось бы просто так, мирным путем… Все равно что-то было бы.
Джумаевский пассаж о том, что «весь город пришел голосовать» — это исключительно плод его собственной фантазии. Явка на псевдореферендуме в Мариуполе, даже по данным самих сепаратистов, составила всего лишь 27,38 %. По подсчетам украинских СМИ, проголосовали и вовсе не более 4–5 % избирателей. Но интереснее другое. Сумбурный ответ Джумаева на вопрос об оправданности жертв показывает: у него все-таки закрадывались сомнения в верности избранного пути. Хотя Роман и баррикадируется от здравого смысла штампом «деды воевали», глаза обмануть сложно: он же видит, что стертый с лица земли поселок Октябрьский — это прямой результат того, что летом 2014-го он вдруг решил «почтить память деда» и сел на поезд до Донецка. Однако смелости признать свои ошибки не хватает, нести на себе такой груз вины ему не по силам. Поэтому он переходит к простейшему механизму психологической защиты — отрицание. «Все равно что-то было бы», — убеждает он сам себя.
А ощущения, что Россия просто предала вас, нет?
Когда находишься здесь, какое-то такое ощущение есть… Не скажу, что просто предала. Скорее, предала та власть, которая была и наполовину еще есть в Донбассе. Вот первоначально руководил ЛНР Болотов, у него был помощник. Этот помощник теперь гуляет в Киеве, в кафе. К нему подходят украинские активисты, снимают на камеру, спрашивают: «А что вы тут делаете?» А он говорит, что от СБУ у него справка, что претензий к нему нет. Вот при них началась вся эта заварушка, они были зачинщиками, а теперь свалили. Сейчас под видом украинских диверсионно-разведывательных групп убивают всяких Мозговых. Украинские ДРГ на территории ДНР? Ну-ну. Это просто идет ликвидация тех, кто неугоден властям. Теперь вот нашу «Пятнашку» сам Захарченко хочет признать организованной преступной группировкой, потому что Абхаз не хотел подчиняться.
Россия вам оказывала поддержку?
