Как оказалось, это был Кудус, возвращавшийся за остатками мяса вместе с волком. Что заставило волка побежать вперёд своего ведущего грызуна — одному болоту известно, но именно это спасло Хема от гибели. Прекрасно понимая это, грызь много раз сказал хруродарствие Огарку, как погоняли волка, и оставил ему большое количество первосортного мяса. Пока же Хем почувствовал себя не лучшим, мягко цокая, образом: помимо покоцаной ноги, ему очень заметно повредило левое плечо и ободрало бок справа, так что Кудус помогал ему добраться до грызницы. Свалившись на широкую скамью, Хем чуть не потерял сознание.
— Бх! — фыркнул Кудус, — Сильно покусала, зараза. Лучше тебя в гнездо тёплое, отлежаться надо.
— А пустите? — осведомился Хем.
— Извёл семь рвачей, и спрашивает! — цокнул Кудус, — Сделаем всё опушненчик, Фира у нас такую ерунду хорошо лечит, будешь как новый.
Несмотря на сильное искушение отключиться, Хем не забыл про увязку и уговорил Кудуса оттащить её к грызнице, сам при этом только цокая, что делать. Рвачу умотали дополнительными верёвками и привязали к толстенным столбам навеса, так что освободиться ей не светило.
— На кой пух оно нужно, это недоживотное? — фыркал Ширый.
— А, — пояснял Хем, — Смотри, сколько времени оно кочевряжилось, не желая увязываться. Силищи в нём много, вот что.
— А толку?
— Сейчас цокну. У тебя сани есть же… Возьмёшь два бревна, привяжешь с двух сторон, а посередине прочно примотаешь эту скотину… Ну я покажу потом точно, как это сделать. Будешь подпаливать ей хвост, и никуда не денется, повезёт тебя до самого Глыбного.
— Я до Глыбного и сам дойду, — цокнул Кудус, — А вот ты нет.
— Хм. Умно, — согласился Хем, — Давай пока дадим ей на съедение одну тушу, всё равно девать некуда.
Через пару килошагов, за выступом леса, как раз и находилось одно из гнёзд, в котором обитали Ширые, а конкретно сам Кудус. Набросав в печку дров, грызь пошёл за своей согрызуньей Фирой, оставив Хема зализывать раны и раздумывать над тем, что он сделал не так. С одной стороны конечно вроде жаловаться не на что, семь рвачей готовы, а он не готов; с другой, спасла его только случайность, и грызь это понимал. Также он не мог не понимать, что рвача при всей её силе — добыча довольно простая, так как никогда не убегает от опасности, а стало быть нельзя признавать такой результат опушненским. Хем немного подумал и на тему того, как это — оказаться готовым; голова однако соображала туго, так что он забросил эти исследования до лучших времён.
Фира оказалась весьма симпатичной грызуньей, с ровным цветом пушистой шёрстки, мягкими лапками и длинными изящными ушками; одно её присутствие действовало на Хема лучшим образом. Впрочем белка действительно была знатоком по лечебным травам, так что уже на следующий день боль на опухших местах сошла на нет, да и голова соображала. Благодаря этому Ширые гораздо быстрее справились с разделкой оставшихся от рвачей туш, нежели сделали бы это без указаний Хема. Поскольку грызи были чрезвычайно благосклонны к нему, Хем решил вернуться к вопросу, который некоторым мог бы показаться нескромным.
— Слушай, Фира-пуш, — цокнул он, наматывая нить ворса на коготь, — Я как-то прознал, что у вас есть молоденькая белочка…
— Да, есть, — улыбнулась Фира, — Лайса.
— Со мной ещё Мер приходил, из наших, Брусовых, хотел с ней познакомиться.
— Да, я знаю. Правда он её до сих пор не нашёл, — хихикнула белка, — Лайсочка грызунья дикая, и уж если не захочет чтобы кто-то с ней знакомился, поверь мне, найти очень сложно. А ты интересуешься с целью?
— С целью поинтересоваться, — точно ответил грызь, — Мне-то сейчас явно не до белочек.
— Почему же, — улыбнулась Фира, — Грызун который извёл семь рвачей это хрурненько!
— Нет, грызун который извёл семь рвачей это всего лишь грызун который извёл семь рвачей, — цокнул Хем, — Не цокая уж о том что можно было бы извести их, не будучи покусанным.
— Сложно мыслишь… цокнем так, ты сам по себе пуховой грызь, вдобавок семь рвачей. Так сойдёт?
— Вполне. Я бы даже был бы не против, если бы ты расцокала Лайсе про меня.
Фира сдвинула вверх уши, призадумываясь, и почесала за ними лапкой.
— Хорошо, Хем-пуш. Если бы ты был просто какой-то грызь, я бы сказала пойди мол сам расцокай. Но за такие дела я уж постараюсь.
— Хруродарствую, белко.
