А бросал он её как следует, с размахом шагов в пять, наверное. Этот рыжий белкач не первый год занимался петлебросанием и весьма в этом преуспел — петля с грузиками взлетала высоко, и охватывая широченный круг, резко затягивалась, так что всё что оказывалось внутри, перетягивало верёвкой. Конечно, Хема такой ерундой было не поймать — он то подпрыгивал над петлёй, то сбрасывал её, даже не используя лапы, просто ловил на уши и отправлял за спину. Кроме того, петля могла использоваться только на открытой площадке, где ей не за что зацепиться. Однако на резонный зацок, а как ещё ловить убегающую цель, Хему было нечего цокнуть, потому как он всегда ловил не убегающую, а нападающую.
— Ну, это конечно, — согласился Марамак, — Глупо гоняться за оленем, если можно поймать волка на себя самого.
— Я те вот что могу показать, — сумничал Хем.
Он нашёл в ближайших кустах палку, обработал её резцами, при помощи кусков верёвки закрепил на ней грузы из тяжёлого дерева и хвост. Этот дротик грызь запустил шагов на полсотни, точнёхонько грохнув в многострадальный пень.
— Весомо! — восхитились грызи, — Но вот щит не пробьёт.
— Щит, что это?
— Типа такого, — показал один из грызей деревянный щит, — Видишь, это погрызище достаточно лёгкое, чтобы носить с собой, но за него можно спрятаться. Да вот, выслушивай туда.
Туда были два грызя, один из которых стрелял из лука, а второй закрывался от стрел щитом; ясное дело что стрелы были тупые, однако такой щит не могли пробить и острые. Когда те грызи устали, Хем и сам попробовал. Сначала белке удавалось то и дело задевать его стрелами, но скоро он наловчился и с большим запасом времени успевал подставить доску.
— Простая деревяшка, в сколько делает, — подытожил Гуг, — Это ещё один вывод. Теперь выпустите синего грызуна!
Синий грызун действительно был синеватый, так как его от ушей до лап скрывала кожанная бронька с деревянными накладками, только в шлеме прорези для глаз, и то закрытые щитком. В одной лапе у него был щит, в другой некое оружие с железным лезвием, отдалённо напоминающее топор. Грызь отошёл подальше на площадку, где уже не было травы от постоянного топтания, присел, закрываясь щитом, и с хрустом надавил рычаг на «топоре»; после этого он поднялся и на несказанное удивление зрителей, выпустил длинный язык красного огня, плюнув им не менее чем на двадцать шагов. Яркое пламя взметнулось над вылитой лужей зажигательной смеси, повалил чёрный дым.
— Это к вопросу про броньку, — пояснил Гуг, — Бурые вовсю используют железную броню. От этого фокуса, как вы понимаете, она бесполезна.
Грызи окружили огнемётчика, расспрашивая и рассматривая устройство оружия; собственно ничего особенного там не наблюдалось, к ручке топора был присобачен поршень — такой иногда используют для раздува печи; поршень соединялся с пружиной из длинных волосьев, заплетённых в тетиву. Когда огнемётчик взводил рычаг, поршень засасывал порцию зажсмеси из бочонка за спиной, через шланг из толстенной кожи, а тетива натягивалась. Спуская тетиву, грызь выплёвывал в цель огненный смерч. поджигалась смесь от факела, стоящего примерно у неё на пути. Сам же «синий» был весь закутан в кожанную броню, потому как она хорошо предохраняла от огня — во-первых, не опалить самого себя, а во-вторых на случай если какой-то умник решит тоже использовать огонь.
— Кто только до этого додумался! — цокнул Хем.
— Уге, конечно. Это цокает тот кто делает дротики из подлапного сырья.
— Это ещё цветочки, — заверил Гуг, — Но ягодки я пока вообще поостерегусь показывать.
— Что гусь?
— Поостере.
С Хема пока и этих «цветочков» с лихвой хватило, голова его была забита мыслями. Будь у него такой огнемёт, рвачам пришлось бы ещё туже, чем пришлось… Впрочем огнемёт использовали либо против обезов, либо против других зверьков, берущих не тупо силой, а умением. Против рвачей и иже с ними грызи тоже имели показать много чего, ещё не виданного Хемом, например одна белка использовала раскладную корзину на спине с петлями; когда скажем тысь прыгала на спину, её можно было одним рывком петли укутать по всем лапам, а уж подставить спину — дело умения.
На следующий день Хем попробовал приготовить Хвата, но у него ни пуха не получилось: волчара был не только научен, но и просто здоров как бык, так что легко сбил грызя на землю.
— Нипуха страшного, — цокнул Гуг, — Знаешь, голыми лапами свалить Хвата ещё никому не удавалось. Да кстати, Хем-пуш. Я хотел бы уцокнуть о том что ты был бы очень нужен нам.
— Я, нужен? — удивился Хем, — Кому именно?
— Именно Пропушиловскому Препесторату. Я не зря расцокивался о том, что делается вокруг Кишиммары.
— Гуг-пуш, это мм… это всё ясно, — произнёс грызь, — Но…
— Вот именно, но, — фыркнул тот, — Послушай истину, грызо. Чтобы спокойно околачиваться в своём лесу, нам придётся оттрясти. Очень основательно оттрясти, грызо. Кому-то это наверняка будет стоить хвоста, даже так цокну.
— На кой пух, — почесал за ухом Хем, — Я никаких бурых не видел.
