Сначала учил Бутч. Терпеливо и обстоятельно поясняя, как нужно действовать при проникновении в лабиринт, какие бывают виды взломов сознания, и как может действовать «звезда» по особым случаям — чего мне стоит ждать и к чему быть готовой.
Если бы часть из этого, я не проходила теоретически в прошлой жизни, то не смогла бы сказать, что они пошли на должностное преступление. Такие тонкости запрещено передавать сторонним лицам.
Ответы были не важны — я просто повторяла, что требовал Бутч, раз за разом отрабатывая проникновение на Райдо. Не знаю, почему выбрали для практики именно его, но вышвыривала я его из лабиринта раз за разом, с откровенным наслаждением.
Со змеем не ладилось. Точнее, Таджо пробубнил что-то невнятное про «страхи, ограничения и повышенный уровень паранойи», отодвинул в сторону Ашту, и… показал сам. Коротко, за десять мгновений, но этого хватило, чтобы понять, почему Ведущий «звезды» именно он, и почему Бутч так спокойно передал главенство.
Ашту учил действовать мягко, закрывать и гасить, четко обозначать границы, учил чувствовать и предугадывать, откуда придет следующий удар. Тренировал и натаскивал, как в лабиринте эффективно отсечь и блокировать менталиста, если произойдет взлом, Шахрейн же… учил убивать. Показал, как можно разрушать сознание полностью, чтобы тот, кто взломает защиту никогда не вернулся прежним:
«Ваше главное преимущество — эффект неожиданности, никто не будет ждать нападения от вас, леди. И — это единственный шанс».
«Тренировка закончена, — с кислой улыбкой констатировал Райдо — за нашими потугами с интересом наблюдала вся «звезда». — Можете и дальше продолжать совершенно беспрепятственно творить дичь».
Маги-портальщики дали отмашку на переключение арки, пропустив последнюю партию из южной столицы, и в этом момент заиграл горн. Так громко и резко, что стало ясно, что используют плетения усиления звука на максимум.
— Все в порядке? — тихо спросил Сяо, увидев, что я поморщилась.
— Голова. Болит.
— Непривычная нагрузка, — кивнул он солидно. — Все думают, что на умственную работу расходуется гораздо меньшее количество энергии, чем на чары, — хмыкнул он.
Знакомые ноты имперского марша плыли в горячем воздухе. Одинокий горнист и барабанщик исполняли настолько знакомую партию, что я невольно посмотрела на Малыша — не чудится ли.
— Записи с турнира в Керне действительно разлетелись по всей Империи, — шепнул Сяо. — «Гимн памяти» — в Легионе теперь называют его так. Нет, нет, — успокоил меня Малыш, видя, что я напряглась. — Военные менестрели сделали звуковые кристаллы в хорошем качестве. Официально марш никто не утверждал, но никто не может запретить людям играть… Правда, — Сяо замялся, — следовало бы указать авторство или назвать в вашу честь «Гимн Блау», но если вы будете настаивать, или род Блау подаст прошение, предоставив доказательства…
— Не будет.
Горн играл. Ослепительно белый диск солнца сиял над нашими головами. В небе парили коршуны, ветер за границей защитной линии арки поднимал вверх воронки золотого песка.
***
— Она даже не стесняется, — пробурчал Райдо, кивнув на стоящую впереди под куполом тишины парочку. Тонкая невысокая девушка и… бравый дознаватель рядом.
— Смотрятся хорошо, — благодушно отметил Тиль. — Черная форма Малыша Сяо отлично гармонирует с формой помощника-целителя.
— Не стесняется стоять так близко к менталисту, — пояснил Райдо, кивнув на образовавшуюся вокруг них привычную зону отчуждения — все старались держаться подальше, а выходящие из портала даже огибали их по широкой дуге. — Разве это нормально? На них косятся все, а девчонке хоть бы что, камень, а не девка…
— Не каменная. Она… плакала. В Госпитале, — низко и глухо пророкотал Бутч, подтверждающе кивнув на вопросительный взгляд Таджо — «действительно плакала».
— Значит сдают нервы, — фыркнул Райдо. — Вот и ревела, но это ненадолго, вернется к своим снежным горам и снова станет ледяной стервой…
— Райдо…
— Что?! Вы специально заставили её отрабатывать на мне блоки! Как… как… как на зеленом первокурснике, как будто я мальчик для битья, а не менталист!
Тиль проглотил смешок, но не слишком успешно.
