«Равновесие» – Старик вздохнул ещё раз. – «Давать и брать. Ограничивать, не лишая свободы. Охранять, позволяя учиться на собственных ошибках, и расти. Привязывать без цепей, приучать медленно, давая знания по капле».
Последнюю зиму он стал думать, что воспитывать юную сиру исподволь, стало слишком сложно. Раньше – было проще, но раньше она и не слышала зов круга – всё было понятно и привычно. Или просто он стал слишком стар для всего этого?
«Доверие можно предать только единожды». Именно поэтому он был не согласен с решением совета. Не важно, что Помнящий там видит – он лучше знал юную госпожу. Девочка – запомнит и не простит.
– Этот… Шаман опять здесь, – поделился Старик. – Возвращается снова и снова.
– Ждет на границе. – Марта не спрашивала – Марта утверждала. Посмотрела в окно и нахмурилась – метель разыгралась. Такое упорство горцев не нравилось никому. Это – их девочка.
«Долг духов» – так вещал горец. Шамана ловили, вышвыривали за границу – охрана получила четкие указания, вывозили в предгорья, грозили карами, но он возвращался снова и снова, утверждая, что должен поговорить с юной госпожой.
«В этом он был согласен с Главой Блау – горцам нечего было делать рядом с их девочкой. Ни одному из этих горных огрызков…» – спина стрельнула резкой болью и он простонал, проглотив ругательство. Они уже обожглись один раз с тем горцем из общины Сакрорумов, но они умеют исправлять свои ошибки.
Когда придет время, они сами расскажут, как можно разбудить двуединого Хэсау, который спит в подземельях дома. Горцы – отработанный вариант, им для этого не нужны Шаманы.
Когда придет время. Но сначала – девочка должна совершенно отчаяться. Потерять надежду и веру, и тогда её благодарность аллари будет безмерной.
Встретив взгляд Иссихара – первое, что я сделала – поднесла флейту к губам и взяла пару фальшивых нот.
– Успокойтесь, – Дан примирительно поднял руки вверх, не приближаясь – держась на расстоянии. – Я не собираюсь бросаться на вас. Не знаю, кто именно проводи опыты на ваших «серых», но у них отвратительные алхимики. Я потребовал бы исключения из Гильдии за такую работу.
– Я уточню.
– Что именно?
– Я уточню, кто у них алхимик, если ещё раз окажусь у «серых». Мы так не договаривались, – я облизала губы. – Использовать катализатор.
Мы обговаривали совершенно иные условия. Великий! Никогда не следует полностью доверять Дану.
– Успокойтесь, – повторил он с нажимом. – Я реагирую совершенно иначе.
– В борделе это было очень наглядно.
– В борделе… я просто не смог вас разочаровать. Вы были так забавны, делая ставку на совершенно непроверенный метод воздействия. Не учли риски, не рассчитали время. При этом ожидали совершенно конкретного результата. Вы получили контроль и…
– … расслабилась, – прошипела я ядовито.
– …стали готовы вести переговоры, – поправил Дан вежливо и очень равнодушно. – Не могу найти ответ на один вопрос. Как наследница оказалась в гостях у «серых». Записи сделаны от первого лица, и если учитывать угол и высоту – ваш рост вполне подходит. Что вы там делали?
Слишком хитрый. Слишком. Я поджала губы, вспоминая, что залила в пирамидки, и не было ли там лишнего. Того, что могло бы дать пищу не нужным мыслям.
«Одиннадцать крупных мужчин, каждый выше и тяжелее меня в несколько раз… двенадцать серых размытых масок выше плеч…
… зал, который заполнялся Серыми…они шли и шли из боковых дверей и коридоров, начиная толпиться на верхних анфиладах, шли, как в трансе, пошатываясь – мелодия флейты звала их и манила… и лишь немногие сохранили ясность рассудка…
…бой, вспышки плетений вокруг купола, хруст крошева артефактов… два золотистых зрачка в пол моей головы… и глаза Я-сина. Только глаза, отливающие по радужке золотом, так же, как у Иссихара…»
Понял ли он, что это была попытка запустить формацию Вериди? Инъекции крови тварей любых видов не способны изменить генетический код, они способны только вызвать мутации. Необратимые. Мутации. Насколько далеко все зашло у Дана?
– Что вы делали в катакомбах? – терпеливо и медленно повторил Иссихар.
– Искала колечко, – выдала я, напряженно наблюдая за каждым его движением в мою сторону.
– Вы потеряли артефакт и он случайно закатился в катакомбы Серых?
– Именно так. Случайно.
– Поэтому вы пошли и решили забрать?
– Это было очень ценное колечко. Очень.
– …и почему всё закончилось так печально?
– Не хотели отдавать.
Иссихар молчал пару мгновений, изучая меня неподвижным взглядом, полыхающий золотом. Радужки вспыхивали едва-едва в такт биению пульса или в ритме работы источника – я пока не разобралась.
– Вы очень… трепетно относитесь к своим… артефактам.
– Дядя – заместитель Главы гильдии артефакторов. Это у нас семейное.
Мы договаривались испытать контроль – и обсудили условия – флейта, кровь, применение ограничителей. Почему он передумал и использовал катализатор? Что такого он увидел на записях?
От напряжения я согрелась – и это было единственным плюсом.
