На подходе к городу путешественники заспорили: Селена хотела продолжить путь в обход городской стены и вернуться на Фарисову дорогу у восточных ворот, а Зебу порывался пройти через торговую площадь, куда устремлялись вереницы пеших и конных.
– Я есть хочу! – заявил он. – Купим окорок и пару сырных лепёшек, тогда дотянем до Гарцова.
Парой лепёшек он бы, конечно, не ограничился, но с голодным мидавом лучше не спорить. Пришлось уступить.
С тех пор, как путешественники покинули логово серой Эли, Зебу вёл себя необычно – говорил мало, отвечал невпопад. Казалось, он грустит, но причину этой внезапной тоски Селене отыскать не удавалось. Первую попытку разговорить непривычно молчаливого друга она предприняла ещё утром. Тогда Зебу лишь отмахнулся. В следующий раз он, наконец, ответил:
– Я не грущу – просто думаю.
Это было уже кое-что, и Селена решила выяснить всё, до конца.
– О чём ты думаешь? – спросила она будто бы между делом.
– Об отце, о себе, об этой странной девчонке…
– Что в ней странного?
– Ну, она серая…
– И что с того?
– Серых мидавов не бывает!
– Ты опять за старое?! – воскликнула Селена и тотчас прикрыла рот рукой. Не хватало ещё обидеть Зебу! Тот, впрочем, и не думал обижаться:
– Мне всегда говорили, что их не бывает, а теперь… Я её видел своими глазами.
– Я тоже видела, Зебу. Раньше мы ошибались, а теперь знаем правду. Что тут страшного?!
– Ты не понимаешь, – проворчал Зебу, и был прав. Она действительно не понимала.
Серая Эли отличалась от всех мидавов, которых ей доводилось видеть раньше, и это было по-настоящему здорово. Во-первых, она красивая. Зебу, конечно, тоже по-своему симпатичный, но совсем не такой. Во-вторых, она девочка, а не суровый боец, рождённый для службы. В-третьих, у неё длинный хвост. При чём здесь хвост, Селена и сама не понимала, но ведь должен быть в этом какой-то смысл!
– Ты видел её хвост? – спросила она.
Зебу кивнул:
– У мидавов таких не бывает.
– Она тоже мидав, – осторожно напомнила Селена.
– Она мидава, – пробурчал Зебу, напирая на последнее слово. – Девчонка. У них такие длинные хвосты, потому что…
– Почему?
– Не знаю, почему!
Зебу явно был раздражён.
– Что если все мидавы рождаются с такими хвостами? – задумалась девочка.
– Ты о чём?
– Может быть, ваши хвосты купируют, пока вы ещё маленькие?
– Ты с ума сошла?!
– Если у мидавы из вольного племени длинный хвост…
– «Из вольного племени…» – передразнил Зебу. – Ты говоришь точно как она. Скажи ещё, что мидаву не обязательно служить в армии!
Селена пожала плечами:
– Ты сам это сказал. К тому же, ты никогда и не хотел служить.
– Не хотел, но… так положено, понимаешь?! Я не могу хотеть или не хотеть, я обязан это делать!
– Обязан?
– Так было всегда, Селена. И так будет всегда! А если я не хочу этого делать, то проблема во мне. Отец всегда говорил…
– Дядя Зак тебя любит.
– Перестань! Я – его позор. Помнишь, что он сказал там, на площади?
– Не помню, – солгала Селена. Ей хотелось прервать этот разговор, но Зебу, похоже, был иного мнения.
– Он всегда знал, что я опозорю его на всю Тарию! Вот как!
– Дядя Зак просто рассердился. Это ничего не значит!
– Нет, Селена, – мидав опустил голову. – Я не такой как все. Я – позор и недоразумение. Думаю, отец рад, что меня больше нет в Тарии.
– Не говори так!
Селена одновременно жалела друга и злилась на него. Всё это неправда! Дядя Зак любит Зебу. Мало ли, что он сказал в сердцах?!
Мидав неожиданно кивнул:
– Ты права. Не стоило мне этого говорить.
К обеду путешественники оказались на ярмарочной площади. Окорока они, правда, так и не купили, зато Селена до верху наполнила сумку сырными лепёшками и сушёной рыбой. Теперь можно было идти дальше.
Сказать по правде, ярмарочная суета привлекала внимание. Хотелось остановиться и взглянуть на представление, которое разворачивалось в центре площади, но время и без того было потрачено впустую. Стараясь не смотреть ни на пёстрые шатры фокусников, ни на дрессированного медведя, выкидывавшего смешные коленца, ни на унизанные браслетами руки гадалок по костям, Селена и Зебу пробирались к городским воротам. Внезапно мидав остановился. Проследив за его взглядом, девочка заметила небольшую фигурку, извивавшуюся на дощатом помосте.
Сначала она решила, что это ребёнок-красноземелец пляшет, размахивая полосатыми лентами, и удивилась необычайной грации малыша, однако, приглядевшись, поняла, что ошиблась. Несмотря на маленький рост, человечек двигался как взрослый. Жесты его были плавными и точными. Но самым удивительным казалось то, что каждая лента двигалась будто бы сама по себе, взлетая и опускаясь независимо от остальных.
– Как он это делает? – зачарованно прошептала Селена.
– Пойдём, посмотрим, – предложил Зебу.
Задерживаться в городе не хотелось. Даже ради удивительного плясуна, кем бы он ни был.
– Нужно идти дальше, – Селена взяла друга за рукав. Несмотря на то, что и куртка, и ткань, из которой она сшита, были иллюзорными, пальцы будто бы нащупали податливую и слегка колючую материю.
Зебу, не отрываясь, смотрел на плясуна.
– Мы быстренько. Глянем – и вперёд.
