Белоснежка полностью

– Вы предатели, – сказала Мей-Ксин, обвиняя Перл и ее мать в пособничестве киборгу и в том, что они подвергли опасности жизнь императора Кая.

Разъяренная Перл крикнула, что они могут говорить, что хотят, а ей плевать. Она жертва, и ей не нужны так называемые друзья, которые бросаются подобными обвинениями. Хватит с нее всего этого.

Она ожидала, что они бросятся за ней, будут извиняться. Но они не бросились. И весь путь до дома Перл шла, сжав кулаки.

Зола. Во всем виновата Зола. С тех пор как Пиона… нет, с тех пор как отец заразился чумой. Во всем виновата Зола.

Карим-цзе, их соседка из 1816-й квартиры, даже не подумала уступить ей дорогу. Перл отпихнула женщину к стене, остановилась и сердито на нее посмотрела, пытаясь понять: ослепла старуха или совсем обленилась? Но та лишь высокомерно фыркнула. Теперь Перл нередко сталкивалась с подобным отношением. Но кто такая эта женщина, чтобы свысока смотреть на Перл и ее мать? Она – никто, просто старая вдова, чей муж спился и умер, и теперь она сидит в вонючей квартирке с тоскливой коллекцией керамических мартышек. И она считает себя лучше Перл? Весь мир теперь против нее…

– Извините, – процедила Перл сквозь зубы, направляясь к своей квартире.

Дверь была приоткрыта, но Перл не обратила на это внимания. Она толкнула дверь. Та распахнулась, стукнувшись о стену. И Перл оцепенела.

Гостиная была разгромлена. Даже хуже, чем тогда, когда ее мать искала те дурацкие приглашения. Фотографии и фарфоровые тарелки были сброшены с каминной полки, новый нетскрин валялся на полу экраном вниз.

Урна с пеплом Пионы…

Внутри у Перл все оборвалось. Дверь, закрываясь, задела ее плечо.

– Мама? – позвала Перл, идя по коридору.

И вдруг застыла. Она хотела крикнуть, но из горла вырвался лишь тонкий писк.

Он стоял, привалившись к дальней стене гостиной. На первый взгляд он выглядел как обычный человек, но на руках у него были огромные когти, а лицо напоминало звериную морду с торчащими клыками и глубоко посаженными неподвижными глазами.

Перл всхлипнула. Инстинкт кричал, что нужно бежать, но она знала, что это не поможет.

Сотни жутких историй из новостных лент и уличных сплетен всплыли в ее голове. В этих убийствах не было никакой логики. Лунные чудовища могли оказаться где угодно и когда угодно. Никто не мог понять, что ими движет. Они могли ворваться в многолюдное офисное здание и перебить всех только на девятом этаже. Могли убить спящего ребенка и оставить в живых его брата, который спал в соседней комнате. Могли расчленить человека, пока тот шел от хувера к двери своего дома, а затем позвонить в дверь, чтобы родные обнаружили его истекающим кровью на крыльце.

Самое страшное было именно в случайности, жестокости и равнодушии, с какими они выбирали себе жертву и оставляли свидетелей, чтобы люди боялись все больше. Никто не мог от них спастись.

Но Перл никогда не думала, что они могут прийти к ней, в их ничем не примечательную квартирку, затерянную в переполненном городе… И потом, ведь объявили режим прекращения огня. Уже несколько дней не было ни одного нападения. Почему сейчас?..

Рыдания сдавили ей горло. Существо хмыкнуло, и Перл осознала, что когда она вошла, его челюсти двигались, как будто он что-то ел. Мама!.. Всхлипнув, она бросилась бежать.

Дверь захлопнулась. Второе существо преградило ей путь. Перл рухнула на колени, трясясь и рыдая.

– Пожалуйста, пожалуйста!..

– Ты уверен, что мы не можем ее съесть? – грубым хриплым голосом спросил тот, что стоял у дверей. Разобрать слова можно было с трудом. Он схватил Перл за руку и заставил встать. Она закричала, попыталась вырваться, но хватка была стальной. Он поднес ее руку ко рту, уставился на предплечье.

– Может, только попробовать? Она выглядит такой вкусной…

– Воняет кислятиной, – возразил другой.

Перл билась в истерике, но тоже почувствовала этот запах. Она описалась.

Перл вопила, ее ноги подкашивались, и теперь она болталась в руках чудовища.

– Госпожа велела доставить их целыми и невредимыми. Хочешь откусить, вперед. Ценой своей головы.

Тот, что держал Перл, ткнулся мокрым носом в сгиб ее локтя и стал шумно втягивать воздух. Затем перекинул девушку через плечо.

– Не стоит оно того, – прорычал он.

– Согласен, – второй монстр подошел ближе и ущипнул Перл за щеку огромной волосатой рукой. – Но может быть, мы попробуем ее, когда они закончат.

– А вот и караульное помещение, – Торн присел на корточки между Ико и Волком и выглянул из переулка. С тех пор как они вышли из дома, он уже раз сто проверил свой карман, в котором лежал цилиндр с посланием Кресс.

– Я ожидала увидеть что-то более внушительное, – сказала Ико.

Караульное помещение, как и все в этом секторе, было невзрачным и пыльным. Каменное, без единого окна, здание выглядело одним из самых неприступных, какие Торн видел в жизни.