Когда Козырев вышел с совещания, секретарь в приемной сообщила, что к нему пришли на допрос. Следователь приподнял одну бровь, пытаясь вспомнить, кому было назначено, и, убрав только что приготовленную сигарету, направился к себе.
Козырева ожидала молодая женщина, ухоженная, достаточно привлекательная, даже слишком, подумал про себя Козырев: брюнетка с карими глазами, высокая, возможно из-за каблуков. На ней было облегающее черное платье, черные чулки и черного цвета плащ, который она держала в руках. Посмотрев на следователя, женщина спросила:
– Я присяду?
– Конечно, я Владимир Алексеевич Козырев, старший следователь по особо важным делам. Представьтесь, пожалуйста.
– Лина. – Девушка открыла сумочку и, достав из нее пачку сигарет «Sobranie», подняла взгляд на Козырева. – Можно?
Козырев подвинул пепельницу и протянул зажигалку. Девушка подкурила сигарету ярко-розового цвета с золотым фильтром, затянулась и на выдохе продолжила разговор.
– Я подруга Моники, ну, Маша которая, поняли?
– Да, я понял. Ваше имя по паспорту? Мне для оформления нашей беседы потребуется.
– По документам я Ангелина. Но для близких просто Лина. И что касается нашего разговора, у меня есть просьба: я очень переживаю за свою жизнь, боюсь, что сболтну лишнее и потом…
– Не беспокойтесь, давайте поступим следующим образом: я вас выслушаю, а потом мы решим, насколько серьезны опасения касаемо вашей жизни.
– С Машей мы знакомы еще с салона. Когда ваши меня допрашивали, ну эти менты, я не хотела ничего говорить. Эти пид… сы – они же все купленные, они же сами первые меня и сдали бы! У меня, конечно, есть муж-покровитель, но он не должен вообще ничего знать о каких-либо делах из моего прошлого и отчасти настоящего. Моника тоже была на хорошем счету: мужчина богат, достаточно щедр, и вообще, можно сказать, очень надежный был. И все было бы хорошо, если бы не эти интрижки редкие Моники на стороне. Дело в том, что Леонид Павлович, простите, без имен, ну вы поняли… Так вот, он в возрасте, ну сами понимаете, а Моника она очень скучала по молодому телу, да и вообще любви хотела. Замуж, детей, все время об этом твердила, что вот накопит сколько надо и умотает в Штаты, но… увы, не судьба.
– А почему вы вдруг решили мне все это рассказать?
– А мне про вас сообщили, что среди мудачья есть один хороший, который еще вирус тут не подцепил. Неважно, кто мне сказал, главное, что я здесь и хочу поделиться информацией.
Девушка потушила окурок и достала зеркальце. Поправив контур губ, накрашенных красной помадой, захлопнула крышку пудреницы и продолжила свой рассказ.
– Имени не знаю, Моника про него не говорила. Познакомились случайно, где – тоже не говорила и просила не спрашивать. Что за тайны такие были и конспирация – не знаю, но уговор есть уговор, я ничего лишнего и не спрашивала. Знаю только, что ей было с ним хорошо. Встречались тайно, ну понятное дело, она ведь была под пристальной охраной амбалов своего папика, странно, что они из виду ее упустили.
– Ничего странного, она покидала свою квартиру в парике и переодевшись. Вещи и парик нашли на месте преступления. Было предположение, что это связано с ее сферой, все проститутки любят менять образ.
– Ну зачем вы так грубо, хотя ну да, как иначе. Образ Моника давно не меняла, признаю, раньше было, но тогда и контингент у нее был, простите. А последние годы она превратилась в даму из высшего общества, и вся эта мишура с переодеваниями ушла в утиль.
– Сейчас становится понятно, что она переоделась для того, чтобы пройти мимо тех, кто дежурил у ее подъезда, и вернуться обратно незамеченной. И раз, по версии охранников, до этого случая ничего подобного не происходило, то не особо, наверное, они и следили за ней.
– Да, так и есть. Моника рассказывала, что могла спокойно выйти в магазин, к примеру, за тампонами в аптеку за углом, а те тупо дрыхли в машине.
– Хорошо, будем придерживаться версии, что Моника хотела незаметно проскользнуть, для этого и приходилось устраивать номера с переодеваниями.
Девушка кивнула, достала еще одну сигарету и приступила к дальнейшему рассказу.
– Парень этот не бедняк точно. Молодой и при деньгах, не из бандитов, как я поняла, ну, как говорила Моника, ни о каких разборках и речи никогда не было. Он ей сказал, что бизнесмен, чем занимается – Моника не знала, но его поведение говорило о том, что действительно никакого отношения к ОПГ не имеет. К местной точно! Ну, может, отчасти, ведь честный бизнес вести в наше время не получается, хотя, можно подумать, у нас другое время было.
– Бизнесменов в последние годы достаточно, найти бы того самого. Может, подруга рассказывала о каких-то приметах, на какой машине приезжает? Какие сигареты курит?