Когда мы вышли на крыльцо, время подходило к полудню. Намэ не только настроила автопилот, но и включила маскировочную систему, и всё же мне было неуютно от мысли о том, что место, которое, скорее всего, станет мне домом на какое-то время, остаётся без присмотра. Если бы мы были в землях Короны… Здесь же достать новую крепость в случае чего не представлялось возможным.
Я оглянулся на Лиру. Намэ размяла плечи. Она подошла к карнизу и спикировала вниз. Стоя на краю, я видел, как ловят потоки воздуха пушистые крылья. Золото волос плескалось волной на ветру. Всё-таки она была прекрасна.
Я прислушался к потокам, поймал ветер и последовал за ней.
Мы спустились в поле за несколько десятков метров от посадских построек, но как мы видели стены города, так и нашу летучую крепость не могли не заметить снизу.
Лира двигалась впереди, я — у неё за плечом.
— Могу я спросить? — решился я подать голос, и Лира бросила на меня неожиданно напряжённый взгляд.
— Попробуйте, — сказала она.
— Что мы здесь делаем? С самого начала вы дали понять, что наша миссия состоит в том, чтобы посетить Помпеи. Могу предположить, что мы могли быть там уже неделю назад… Но вместо этого едва добрались до Толосы и всё ещё находимся в землях Короны. И явно никуда не торопимся.
Лира поморщилась и замедлила шаг.
— Я ведь вам с самого начала говорила — можете расслабиться, мы не спешим.
Я промолчал. Моё расслабление было здесь абсолютно ни при чём, но спорить с намэ в моём статусе нельзя. Впрочем, с ними ни в каком статусе спорить нельзя — они ведь учителя.
Вдалеке у домов толпились люди. Спрятав крылья — хоть какая-то предосторожность — намэ бодрой походкой направилась им навстречу.
Мне тоже пришлось ускорить шаг. Однако чем ближе мы подходили к этим людям, тем сильнее становилась тревога, которую я не мог объяснить. Во взглядах, устремлённых на нас, была враждебность, нас принимали как чужаков.
— Лира… — окликнул я намэ и выругал себя, обнаружив, что назвал её по имени. Однако она слишком уж провоцировала, чтобы я начал ей доверять.
— Не беспокойтесь, — она, не глядя, коснулась рукой моего плеча, — до тех пор, пока мне не грозит непосредственная опасность — не вмешивайтесь. Я всё беру на себя.
«Что — всё?» — хотел спросить я. Но намэ уже приближалась к горожанам, а я не хотел, чтобы они слышали наш разговор. Я ощупал ремень, удостоверился, что саркар на месте, и, нацепив на лицо улыбку, пошёл следом за намэ.
К моему удивлению, по мере приближения Лиры во взглядах людей появлялось всё больше благожелательности. Вряд ли горожане знали, что имеют дело с одной из намэ, но, завидев её, многие кланялись едва ли не до земли, а торговки вовсю предлагали Лире товары.
— Я ищу лавку Дала Квена, — сказала намэ, остановившись возле одной из женщин. И улыбнулась.
Торговка наморщила лоб.
— Звездочёта, — уточнила намэ. — Он Крылатый.
— А! Прошу, — торговка взяла Лиру за локоть и потащила в сторону.
Я с трудом подавил желание отцепить её и отбросить прочь.
— Вон туда… и значит — туда, — объясняла женщина.
— Благодарю, — Лира мягко улыбнулась, и я заметил, что торговка тут же замерла, будто нежась в лучах весеннего солнца. Намэ осторожно отвела от себя её руку и пошла в указанном направлении.
Я молча следовал за ней.
Мы неторопливо продвигались по городу, и я с удивлением отмечал, как не похоже это место на те города, к которым я привык. Поселения Крылатых вырастают вокруг храмов или просто около красивых мест — что, впрочем, одно и то же, потому что талах-ан, закладывая храм, обычно руководствуются принципами талах-ир, а для нас важнее всего красота. У талах-ар может быть иначе. Свои храмы они строят там, где есть необходимые ресурсы для их исследований. Но в таких я и не бывал.
Храмы же талах-ир всегда прекрасны, и их красота включает не только красоту самого сооружения, но и то, как оно сливается с пейзажем вокруг. Утёсы над водопадами, вершины гор — вот наши любимые места. Города же, как таковые, нам не нужны, но порой в поисках уединения мы покидаем храм и селимся в доме, предназначенном для одного. Особенно свойственна подобная жизнь талах-ан, чьи помыслы далеки от медитаций и любования природой. Предпочитая работать руками, они нуждаются в большем пространстве и в большей свободе друг от друга — иначе им не организовать мастерских. Можно сказать, что города — это храмы талах-ан, хотя они и рождаются в Залах Жизни так же, как и мы.
Но даже талах-ан, как бы приземлены не были их помыслы, свои здания всегда возводят устремлёнными вверх. Города Крылатых полны стройных башен и зелёных садов, и раз уж кто-то предпочитает иметь собственный дом, то не станет возводить его вплотную к чужим домам. На широких улицах всегда остаётся место для скверов, фонтанов и ручьёв.
Города людей я видел на галакристаллах, но пока не побывал в одном из них, понять их отличия до конца не мог.
