«Следователь следственного отдела городского поселка Северск капитан юстиции Криворуков. Старший эксперт-криминалист Ромашов. Понятые: Громов, пилот вертолета. Сизов, охотник-проводник.»
Анна переписала фамилии в блокнот и продолжила чтение.
«Следователь следственного отдела поселка Северск капитан юстиции Криворуков А.Д. в шестнадцать часов получил сообщение о предполагаемом преступлении на зимовье Совиная Плаха от дежурного ОВД. Через восемнадцать часов он прибыл на место преступления в составе оперативной группы».
– Подзатянули, но это объяснимо. В темноте к зимовью не полетишь.
«Обстановка на месте. Избушка зимовья (сруб 4×6 м) расположена на поляне, окруженной смешанным лесом. Крыша в центральной части полупровалена. Дверь деревянная, незапертая. Следы многочисленных царапин на косяке (фото № 1–3). Окно застеклено и затянуто полиэтиленом, разорванным в правом углу. В трех метрах от избушки находится плоский каменный валун размером 1,5 х 1 м»
– Так, что тут дальше…
«Внутри помещения. На полу (половинки распиленных вдоль бревен) 12 пятен бурого цвета, предположительно крови, диаметром от 10 до 30 см (фото № 4-10). Кровавые следы волочения (ширина 45–50 см) от нар к двери (фото № 11–15). Следы копоти от выгорания на полу. Разбитая керосиновая лампа (осколки собраны в пакет № 1). Нары. Две полки из нестроганых досок. На нижнем ярусе нар лежат три спальных мешка с порезами и со следами крови. На верхнем ярусе – два спальных мешка. На одном следы крови. На обоих ярусах на досках пятна крови (4 участка, фото № 15–19), клок темной ткани (изъят в пакет № 2)»
Стерхова быстро перелистала страницы, нашла фотографии: избушка с просевшей крышей, криво висящая дверь. А вот и пятна крови на нарах и полу – бурые, с неровными краями.
«Сколько крови нужно, чтобы оставить такие пятна?» – записала она в блокнот и подчеркнула вопрос дважды.
Анна перечитала протокол. Каждое слово будто крючьями цеплялось за ее сознание.
«Пять рюкзаков марки „HOG“… Следы волочения… Обрывок карты с пометкой… На дверной перекладине обнаружен волос…»
Почувствовав, что в комнате потеплело, она расправила плечи. Вернулась в начало дела, нашла в перечне документов показания пилота Громова и охотника Егора Сизова. Прочитала.
«Приземлились, зашли в избушку, дверь открыта. Внутри пусто, повсюду кровь…»
– Не густо. – Анна перечитала показания. – Информации практически ноль. И здесь писали «на отвали».
Она пометила в блокноте:
«Пригласить на допрос Сизова и Громова».
После этого Стерхова снова вернулась к протоколу осмотра.
«Следов выстрелов на стенах не обнаружено».
– Значит, в избушке не стреляли. Астафьев был прав: сначала убивали ножами.
Дверь кабинета скрипнула, в кабинет вернулся Иван.
– Завтра или послезавтра будет ясно, когда дадут вертолет. И дадут ли его вообще.
– Дадут. – Стерхова заглянула в блокнот. – У меня есть кое-какие вопросы.
– Без проблем. – Астафьев сел напротив нее. – Задавайте.
– Вы говорили, что присутствовали при осмотре зимовья.
– Так точно. Был в составе следственной группы оперативником.
– Прошло два года. – Чуть подумав, она продолжила. – Возможно, вы не помните всех деталей…
– Они отражены в протоколе, – заверил ее Иван.
