— Порядок, у меня всё под контролем! Держитесь рядом! — тяжело дыша, бормочет мой напарник.
Я напрягаю мышцы, стиснув в руке йо-йо. Черный Кот отступает еще и еще, от некоторых огненных стрел уходя легкими прыжками, а другие отбрасывая. Брусчатка проспекта разлетается во все стороны, машины загораются. С дымом и бетонной пылью видимость становится катастрофичной.
— Ну и, Изгнанник? Это всё, что у тебя есть?! Так поймай меня! — разносится по кварталу саркастичный голос Черного Кота.
Он вдруг убирает шест и ничком распластывается на земле. В моем поле зрения появляется вихрь из огня и дыма, брошенный вслед моему хохочущему напарнику. Я вдыхаю.
— Вперед!
Йо-йо разрезает воздух, исчезает в вихрях дыма, зацепляется за что-то и в слепую оборачивается, обездвиживая мою мишень. Тут же раздается вой — хриплый, нечеловеческий. Два глаза сверкают в дыму, обратившись на меня.
Как и планировалось.
— Давай, Каменное Сердце!
Здание позади Изгнанника сотрясается, и весь фасад обрушивается на нашего врага — медленно, слишком медленно. Мой трос сильно дергает, и не имея солидной опоры я падаю в пустоту. Огненные стрелы уже вылетают из дыма прямо в меня. В свободном полете, когда йо-йо занято, я не смогу вовремя уклониться от них.
В то же мгновение откуда-то слева меня зовут:
— Ледибаг!
Кто-то обхватывает меня руками, в то время как здание с оглушительным грохотом врезается в туманную фигуру Изгнанника. Инстинктивным порывом я как раз вовремя высвобождаю йо-йо. Огненные стрелы проходят достаточно близко, чтобы я почувствовала их жар, но одним взмахом крыльев Разлучник уносит нас невредимыми.
Разъяренный взгляд Изгнанника с загробным рычанием исчезает под обломками. Нельзя терять время, и я кричу:
— Климатика, давай!
Мне отвечает сардонический смех в наушнике. Йо-йо едва успело вернуться в мою ладонь, как на улицу уже врывается ледяной ветер. Разлучник разворачивается на кончике крыла, едва избежав волны снежной бури Климатики. Я хлопаю его по руке, обнимающей меня за талию.
— Хорошо! Оставайся начеку!
Разлучник кивает и отпускает меня, я чувствую, как желудок протестует, когда я соскальзываю в пустоту. Я привычно закидываю йо-йо к ближайшему дымоходу и устремляюсь к нетронутому зданию, соседнему с новой тюрьмой Изгнанника из бетона, кирпичей и льда. Я с тревогой замечаю, что она уже дымится.
Когда я приземляюсь на шиферную крышу, кто-то кричит в моем наушнике:
— Не может быть! У него еще остались силы отбиваться?!
— Оставайтесь на позициях! Если он выберется, придется отбиваться!
Новый толчок встряхивает всю улицу. Ледяной холмик идет трещинами, и из них вырывается пар. Знакомая фигура ловко приземляется рядом со мной.
— Тьфу ты, — бормочет Черный Кот. — Я думал, что вымотал его, заставив проскакать от семнадцатого округа!
— По крайней мере, мы попытались, — выдыхаю я. — Еще идеи?
Если раньше предложения лились потоком, сейчас в наших наушниках драматичное молчание, прерываемое усталыми вздохами и унылым бормотанием.
— Подождем еще? — предлагает Леди Вайфай. — Ему только что целое здание обрушилось на голову. Если, когда вылезет, он будет немного одуревший, возможно, мы сможем украсть у него рюкзак…
— И рисковать получить ожог второй степени? Да ты оптимистка, — насмехается Климатика. — Но я всегда могу попробовать понизить температуру вокруг него. Это позволит нам приблизиться.
— А мы не рискуем тоже заморозиться? — интересуется Баблер.
— Либо это, либо ничего…
Я перехватываю многозначительный взгляд Рипост, сидящей на соседней крыше. Она моргает, держа шпагу в оборонительной позиции. Далеко не столь тактичная Антибаг рядом с ней вопит:
— Хватит с меня неудачных планов! Он еще слишком быстрый, слишком сильный! Чего мы ждем, чтобы перейти на следующий уровень?
Она взмахивает громадным черно-красным мечом, который ей создал Рисовальщик — такой же, какой был у нее, когда мы сражались с ней. Расположившись на другом здании со стрелой наготове, нацеленной на тюрьму из дымящегося льда, Разлучник кричит:
— Это друг Ледибаг и Черного Кота, тебе же сказали!
— И что?
— А то, что мы хотим просто вернуть его в разум, а не укокошить! — бросает Баблер.
— Ха! А он, можно подумать, не хочет нас укокошить?!
— Ты видела, что он сделал с Эйфелевой башней? Если бы он действительно хотел покончить с нами, поверь, мы все были бы уже мертвы!
— Всё равно!
Небо вдруг освещает молния, потом квартал сотрясает совсем другой гул — словно вибрация колокола. Вопли Хлои обрываются. Акуманизированные с отчаянным видом напрягаются. Мы с Черным Котом, сами не зная почему, вздрагиваем, и Леди Вайфай замечает наше удивленное выражение.
— И правда, Черный Кот, Ледибаг, вы же прибыли последними. Но такое сотрясение происходило каждый раз, когда один из нас появлялся в Париже-Пикселе.
В наших наушниках раздается притворно равнодушный голос Геймера:
— Я сделал, что мог, чтобы срочно перенести Хроногёрл в настоящий мир. Рефлекта и Аромат несут ее в больницу.
— Аликс пришла в сознание? — встревоженно спрашивает Разлучник.
