С сухим щелчком он раскрывает зонт, сбегает по оставшимся ступеням и встает на углу улицы. Дюжину секунд спустя подъезжает лимузин его телохранителя, и Адриан садится в него, не оборачиваясь.
Я остаюсь во дворе одна, забыв о промокших насквозь волосах. Моя сумочка щелкает.
— В следующий раз у тебя получится лучше, Маринетт. Я убеждена в этом.
Грохочет гром. Я хмурюсь и шмыгаю, ошеломленная внезапным ощущением дежа вю.
Гул грозы. Потоки дождя. Уходящий Адриан. Тонкий успокаивающий голос Тикки.
Только одно отличается: у меня ощущение, что на этот раз я что-то упустила.
День 0
Час -7
«До свидания, Маринетт».
«Ледибаг! Ты не можешь сражаться в таких условиях! Тебя убьют!»
Адриан.
Я не видела его с начала каникул. Он попал в одну из атак Изгнанника вчера вечером, когда я едва успела вмешаться. Он не выглядел раненым, но в безопасности ли он сейчас? Нино сказал, что да…
…Адриан. Каникулы заканчиваются через несколько дней. Черный Кот уедет. Но Адриан по-прежнему будет здесь.
Но…
— Я всё обдумала.
— Мм?
Уткнувшись подбородком в ладонь, Черный Кот смотрит на меня стеклянными глазами.
— Когда всё закончится, я скажу ему о своих чувствах. Парню, о котором я говорила тебе.
Он медленно выпрямляется, более собранный.
— А. Что ж, если ты думаешь, что это правильно… Тем лучше. Да?
— Не знаю. Но после всего случившегося я сказала себе, что довольно теряла время. Я не строю иллюзий насчет его ответа, но хочу, чтобы он, по крайней мере, знал. Возможно, это позволит мне двигаться дальше.
Всё было бы настолько проще, если бы я осмелилась подступиться к Адриану под видом Ледибаг — в маске я чувствую себя увереннее, это факт. Но не знаю, что мне не нравится в этой альтернативе больше: то, что я продолжаю скрывать от него, кто я на самом деле, или что я подвергаю его опасности?
И если подумать, разве моя жизнь уже не достаточно сложна? Хочу ли я в свою очередь признаться? Не было бы проще всё оставить, как есть, притвориться, будто ничего нет? Но до каких пор? Черный Кот вот смог сделать шаг! Почему же я не могу?
Я встряхиваю головой — к чему думать об этом сейчас? Сколько времени это уже продолжается, почему мне вдруг стало так важно уладить эту историю сейчас?
Перед моими глазами кружится снежинка. Я поднимаю голову, оторвавшись от размышлений. Темная ночь и тихий город кажутся более живыми, когда снова начинает идти снег. Словно время возобновило свое течение.
Вдалеке под присмотром гигантского мигающего силуэта робота Геймера акуманизированные подходят к Пикселятору, который переносит их парами в виртуальный мир. После каждого перехода он смотрит на Рисовальщика и Маркова, которые подтверждают беспрепятственное прибытие перенесенных в Париж-Пиксель. Процесс выглядит долгим и нудным. Я внезапно возвращаюсь в реальность, со стыдом чувствую, как сжимается горло. Если бы Тикки была здесь, она бы первая сказала мне, что сейчас не время предаваться мечтаниям.
Мы собираемся сразиться с одним из самых сильных врагов. С Черным Котом мы только-только заново обретаем нашу привычную динамику. И, однако, мне едва удается сосредоточиться на предстоящей битве!
По телу пробегает странная дрожь, которая не имеет ничего общего с окружающим холодом. Я перехватываю направленный на меня задумчивый взгляд Черного Кота, и он тут же отводит глаза.
— Что? — ворчу я.
— Я просто спрашивал себя, должен ли я пожелать тебе удачи. С признанием твоему прекрасному незнакомцу.
— Э?
Он с насмешливой улыбкой пожимает плечами:
— Но сомневаюсь, что такое пожелание от Черного Кота принесет тебе счастье.
— Пожелать мне удачи? Потому что это плохая идея, да? Ты жалеешь, что сделал это?
— Да. Жалею.
Странное спокойствие в его голосе резко останавливает меня.
— Я жалею, что не сделал этого раньше. Кто знает, может, это многое изменило бы. И ты не влюбилась бы в него между делом!
Его усмешка окрашена иронией. Еще два дня назад, я сказала бы, что он шутит. Сейчас, когда я знаю о его чувствах, я знаю, что всё гораздо сложнее.
О, Котенок.
Он улавливает мою неловкость, подмигивает мне и салютует:
— Ладно, хорошо, признаю… Я ревную. Но я справлюсь, это не так уж и важно.
Конечно, важно!
Снежинки собираются в его растрепанных светлых волосах, и он смахивает их нетерпеливым жестом, отводя взгляд, опустив голову. Я протягиваю руку и помогаю ему стряхнуть оставшиеся.
— Соблазнитель, — выдыхаю я со смешком. — Милый соблазнитель…
Черный Кот застывает, словно я его ущипнула. Его расширившиеся глаза затуманиваются, сначала удивленные, потом сияющие, и медленно закрываются. Я делаю вид, будто ничего не заметила, и убираю последнюю снежинку, словно мой жест был самым незначительным.
— Не смейся, Ледибаг. Я искренне.
— Знаю. И я не смеюсь.
Его волосы теплые, невероятно тонкие. Если подумать, когда я в последний раз прикасалась к нему по своей воле? Не для помощи во время сражения? Не во время отчаянного объятия в магазине?
Во дворе у Мастера Фу?
