Одет охранник был в майку с портретом Боба Марли и в маскировочные штаны. Обувь он, чевидно, считал излишеством. Зато на макушке красовался берет ядовито-зеленого цвета, напоминавший фасоном те, которые Алексей видел у полицейских в столице. Хотя, конечно, здесь и сейчас это могло значить все, что угодно: форменный головной убор в равной степени мог свидетельствовать как о нахождении владельца на государственной службе, так и о его принадлежности к какому-нибудь антиправительственному вооруженному формированию.
– Двое у моста поменялись. Примерно час назад.
– А на том берегу?
– Загорает. Пока один.
– Смешно.
Алексей улыбнулся. Действительно: негр загорает. Бородатый анекдот...
– Ладно. Сейчас пришлю Махмуда. Перекусишь.
– Гран мерси, командир!
Но собеседник уже бесшумно и быстро отползал назад, почти сразу же растворившись реди зарослей. А через некоторое время Алексей вновь почувствовал шорох и шевеление у себя за спиной.
– Свои! – предупредил на всякий случай кавказец. – Как дела?
– По прежнему. Пожрать принес?
Но Махмуд отрицательно помотал головой:
– Командир сказал – подменить тебя. Там покушаешь.
– Благодетель! – Алексей провел рукой по лицу, смазывая вместе с потом очередную артию мошкары. И прежде чем покинуть наблюдательный пункт, поинтересовался:
– Ну? Так чего все-таки решили?
– Пойдем, да. Вечером.
– Скорее бы, что ли...
Продираясь через кусты, Алексей ещё раз перебрал в уме все предложенные и отвергнутые арианты. Да, наверное, больше никак...
Видимо, самое простое – уйти на достаточное расстояние от деревни, вниз или вверх по течению. А потом одолеть реку вплавь. Но, во-первых, у одного из четверых была сломана рука, а другой, Махмуд, как оказалось, едва-едва держится на воде.
– Можно плотик связать. Для оружия, и вообще, каждому. Индивидуальный.
– А крокодилы? – напомнил Тайсону подполковник. – Говорят, они здесь...
– Да кто их видел-то?
– Знаешь, командир... когда увидим – поздно будет, – пожал плечами Алексей. – А вот сли лодку угнать?
Но Тайсон уже успел прикинуть расстояние до деревянной пристани и общий хронометраж, оэтому только вздохнул:
– Нет, не подобраться. Перестреляют.
– Даже ночью.
– Послушайте, да... – Махмуду, как истинному джигиту и сыну кавказских гор, всегда ольше нравилось ездить, чем ходить и плавать.
Поэтому его план заключался в том, чтобы тихо, без шума и пыли, перехватить на дороге любую машину. Взять чужую одежду, как у местных жителей, намазать каким-нибудь черным гримом лица...
– А потом? – Спросил Тайсон, без тени улыбки.
– Что – потом? – Насупился Махмуд. – Проедем прямо по мосту!
– Далеко ли?
Сидящего рядом Алексея разобрал смех – видимо, он слишком хорошо представил самого ебя с толстым слоем гуталина на роже и с кольцом в носу:
– Уймись, Отелло!
– Кино, – тихо выругался подполковник. – Голливуд, мать его.
– Точно. – Тайсон кивнул, и добавил:
– Но, между прочим, смеяться нечего. Во всяком случае...
И он, и "журналист" предложили по очереди ещё несколько вариантов, однако по разным причинам от них пришлось отказаться.
– Хорошо. Допустим.
Только под самый конец обсуждения Алексей понял, что с некоторых пор офицер российской военной разведки ведет себя не как пленник, и даже не как ценный груз – а почти на равных участвует в разговоре... Впрочем, следовало признать: замечания его были достаточно профессиональны, а предложения грамотны.
В результате, общими усилиями рабочую схему все-таки приняли и утвердили. Оставалось только ждать темноты...
Ночь, как назло, оказалась и лунной, и звездной – настолько, что не располагала ко сну даже битателей деревни. Хотя до наступления сумерек они разобрали по хижинам всю скотину и домашнюю птицу, собаки с детьми ещё очень долго носились по улицам, создавая шум и суету.
А пока мужчины беседовали перед ужином о чем-то своем, женщины, старые и молодые, хлопотали по хозяйству, кто-то пел заунывным голосом, кто-то смеялся... и пахло едой.
– Ох, твою мать... – Алексей потянул ноздрями воздух и даже прикрыл глаза. – Сейчас ы супчику – горяченького, да с потрошками! А, командир?
– Замолчи. Убью. – Честно предупредил Тайсон.
Несмотря на армейский сухой паек и таблетки, у него тоже сводило живот от голода.
Электричества, разумеется, никакого не было. Но костры у дороги и глиняные жаровни, пылающие во дворах, давали достаточно света, чтобы различать силуэты людей, стены, крыши и немудреную деревенскую утварь.
– Кажется, пора...
– Придется ещё подождать.
Во втором часу ночи народ постепенно угомонился. Минут через двадцать ушли спать ужчины, а вслед за ними двинулись по домам и деревенские старухи. Так что, в конце концов, на свежем воздухе остались только часовые – по одному на выездах из деревни, да ещё парочка у моста.
– Пошли.
– С Богом!
Люди Тайсона уже показали себя хорошими, крепкими профессионалами. Нечаянный путник тоже, судя по всему, прошел неплохую школу, поэтому объяснять и показывать лишний раз никому ничего не пришлось. Цель была определена, боевая задача поставлена, так что переправа заняла чуть больше часа.
Обидно...
