Сначала больше рассказывал Егор — о своих альпинистских похождениях. Никита задумался: он теперь всю жизнь будет краснеть при слове «альпинизм» или это потом пройдёт? Андрей тоже немного рассказал о делах на работе. Оказывается, этот самый Донской, совладелец «Страты», уже чуть ли не год как находился на лечении после перенесённого сердечного приступа, и Андрею приходилось выполнять ещё и часть его обязанностей — то, что пока не удавалось переложить на замов.
— Давно надо было поставить кого-то из них директором или нанять нового, — недовольно заметил Егор. — А то ты взвалил всё на себя…
Андрей усмехнулся:
— Тогда у Иван Васильича второй приступ случится. Представляешь, узнает, что его место кто-то занял?
— Сколько ему уже?
— Семьдесят скоро.
Егор присвистнул.
— Я думал, максимум шестьдесят пять.
Никита читал на сайте «Страты», что компания образовалась из слияния двух: из собственно строительной, принадлежавшей Донскому, и проектного бюро Андрея, в тот момент очень сильного в инженерно-техническом плане, но не особо процветавшего из-за отсутствия у владельца хороших связей на фоне общей коррумпированности. Донской, по всей вероятности, хотел просто подгрести под себя перспективную контору, — по крайней мере, так это выглядело со стороны, но Андрей сумел стать полноправным, а не номинальным директором.
Перед тем, как сесть за стол, Андрей принёс с дивана подарок и отдал Егору. Тот потряс коробкой:
— Что там?
— Обвязка вместо той, которую ты где-то проимел, и так кое-что по мелочи.
— Круто! Спасибо, — Егор, вытянув руки перед собой, посмотрел на коробку. — А с чего вдруг?
— День альпиниста же.
— А-а… — он вдруг развернулся к Никите и сказал: — На самом деле он в прошлом месяце забыл про мой день рождения. Это братик так извиняется.
— Там бумага немного помята, — Никита кивнул в сторону коробки. — Если что, это я…
— Ты? — насмешливо взглянул на него Егор.
— Ну да, я. Хотел посмотреть, что внутри, — пояснил Никита и, увидев озадаченное выражение на лице Егора, добавил: — Это было еще до того, как ты попросил вести себя нормально, так что не считается.
— Окей, — вид у Егора, тем не менее, был немного прифигевший.
— Давайте за стол, — прервал их разговор Андрей.
Когда они сели, Егор, глядя куда-то в потолок, а не на Никиту, произнёс:
— Я склоняюсь к тому, чтобы предоставить родителям положительную характеристику.
Андрей только раздражённо покачал головой и нахмурился, а Никита иронично заметил:
— Очень польщён.
— На фоне остальных… — Егор замолчал, увидев, что Андрей хмурится ещё сильнее, но потом зашёл с другого конца: — За последние года два ты единственный, кто старше меня. Остальные, ну, ты представляешь… — Егор сделал красноречивую гримасу и манерно захлопал глазами.
— Так… — начал Андрей, тем самым командно-строгим голосом, который Никита уже слышал сегодня из-за двери.
— Всё-всё, — примирительно сказал Егор. — Только не надо включать режим старшего брата, — а потом тут же прошептал, перегнувшись через стол к Никите: — У тебя тоже будет несчастное детство.
Андрей только вздохнул.
— А сколько тебе лет? — спросил вдруг Егор.
— Двадцать пять, — ответил Никита. — Вернее, почти двадцать шесть. Послезавтра будет.
— О, днюха! Как отмечаешь?
— Вообще-то никак.
— А почему?
— Егор, чего ты пристал, а? — снова вмешался Андрей.
— Ладно, давайте поговорим о чём-нибудь другом, — он посмотрел по очереди на Андрея и Никиту, ни один из которых не предложил новой темы для разговора, а потом нашёлся сам: — Как там коттеджный посёлочек поживает?
— Так себе, — Андрей невесело улыбнулся. — В принципе, на фоне кризиса даже нормально. У некоторых вообще трындец, а у нас ещё более или менее.
— Их партнёр кинул, — доверительно сообщил Никите Егор.
— Не кинул, а вышел из проекта. Они на этом много потеряли, а мы, скорее, приобрели, точнее, приобретём, когда пойдёт прибыль, — пояснил Андрей. — У них в Москве два объекта встали, ещё какие-то проблемы, вот они и вышли.
— То есть вам это на руку? — не понял Никита.
— В каком-то смысле. Они часть работы сделали, но проблема в том, что мы жилищным строительством не занимались. У нас нет отдела продаж. Вообще-то есть, но мы не так продаём: там конкурсные заявки, многолетние проекты. Это была идея Донского, а теперь он лечится, а мне разгребать. Больше никаких коттеджей. Может, и это будет лучше перепродать, пока совсем не завязли…
— А что не так?
— Начать с того, что планировался бизнес-класс, ближе к элитному. Там этот кантри-клуб рядом, гольф, лошади опять же. Но из-за кризиса строить бизнес, сам понимаешь, рискованно, его сейчас плохо берут. Или берут, но по ценам комфорта. Решили оставить под него только часть, а шестьдесят процентов территории отдать под комфорт и эконом. Под это надо всё перепроектировать: по-другому межевать участки, делать другие проекты домов. В общем, мы хорошо так попали с этими коттеджами. Хуже всего, что начать продажи в экономе мы не можем, потому что продавать пока нечего — проекты не согласованы, — Андрей махнул рукой. — Это тоже не самая лучшая тема для разговора.
