Наступила тишина. Опыт разведчика никогда нельзя сбрасывать со счетов. Лучше лишний раз перестраховаться, чем поставить под удар все связи. Присутствующие понимали это. Но Ли? Кто он – друг или враг? Намеренно предложил дезу, чтобы ввести в заблуждение советское командование? Не похоже… Ли работал на советскую разведку не первый год и сделал очень много. Ни разу за это время не было даже мысли о том, что он способен вести двойную игру, к тому же и у него был опыт, позволяющий отличить липовую информацию от истинной. Но… Это проклятое «но» не давало покоя. И самое страшное было в том, что японцы могли затеять игру, ведущую к ликвидации налаженной резидентуры…
– Паш, расскажи еще раз, что после визита Ли произошло в конторе, – попросил Дервиш.
– Да ничего особенного. Хотя… После того как Ли ушел, к нам заглянул какой-то тип. Секретарю сказал, что из санитарного управления. Стал наводить справки о поставках в военные госпитали, затем попросил, чтобы ему подготовили личные дела на работников конторы. Мол, для отбора кандидатов на работу в секретную лабораторию где-то под Гирином. Сказал, что через неделю зайдет.
– Да… Похоже на контрразведку… – помрачнел Дмитрий.
– И я о том же, – кивнул Дервиш. – Послушай, ты не можешь вспомнить, что именно говорил тебе Леон?
– Какое это имеет значение, – удивился Дмитрий. – Мы, кажется, говорим о Ли…
– Все-таки ты говорил что-то о наступлении…
Дмитрий напряг память. И тут его озарило. По словам Леона, майор Дейсан обронил фразу, которой нельзя было не придать значения: «Возня с планом “Кантокуэн”, затеянная армейскими начальниками и жандармским управлением, яйца выеденного не стоит!»
Какого наступления? Не того ли, карту которого принес Ли? Если так, все сходится и Дервиш прав: контрразведка пытается втянуть нас в свою игру. Но… Но как они вышли на Ли?!
Он изложил товарищам свои соображения.
– Может быть, следующая встреча с Ли что-то прояснит, – сказал Павел. – Я постараюсь соблюдать осторожность…
– Даже не думай! – оборвал его Дервиш. – Какая встреча? Неужели ты не понял, что через Ли контрразведка получила выход на тебя!
– Но я не заметил за собой слежки.
– Это вопрос времени. Они прошерстят контору, и ты засветишься. Личные дела – куда уж яснее!
– Ну и что? Мой послужной список безупречен. Русских в конторе больше десятка, и пока до меня доберутся…
– Не обольщайся, Павел. Тебе надо немедленно уходить в подполье!
– А как же Люшков? По нему все готово, осталось только на курок нажать.
– Им занимается Дмитрий.
– Дима вел подготовительную работу, а дальше – мое дело. Мы не можем подставить Дмитрия под удар!
Резидент с грустью посмотрел на него. «А может, в его словах есть свой резон? – подумал он. – Японцы не провели захват после явки, это позволяет предположить, что они не хотят довольствоваться малым. После провала в “Погребке” Сасо хочет отыграться – накрыть всю резидентуру! А раз так, то у нас есть время для маневра. Мы действительно не можем подставить под удар Дмитрия. Если замкнуть контрразведку на… Паше и Ли, то Дима сможет продолжить работу! Этого требует Родина… Но Павел… Его работа не менее важна…»
Пока он взвешивал все «за» и «против», молодые люди хранили молчание – не в правилах разведки решать за резидента.
– Операцию по ликвидации Люшкова поручаю тебе, Павел! Срок – два дня. А ты, Дима, обеспечишь прикрытие, – окончательно определился Дервиш.
Но следующий вопрос: «Как поступить с Ли?» – снова вызвал споры. Павел предлагал спрятать его в подполье, Дмитрий настаивал продолжить игру с японской контрразведкой, рассчитывая тем самым выиграть время. Каждый упрямо держался за свою точку зрения, но при этом оба думали о том, как выполнить задание Центра. Доподлинно не было известно, начнет «самурай» наступление или нет, и об этом Москва настойчиво напоминала во всех своих радиограммах. Ежедневно вблизи от Москвы гибли тысячи бойцов. Это была катастрофа. А если еще начнется война на Дальнем Востоке, да еще без предупреждения, как это случилось двадцать второго июня на западных границах, последствия будут разрушительными. В Центре надеялись, что разведчики сумеют сделать все от них зависящее, чтобы раскрыть планы милитаристов, союзников Гитлера. Поступающая информация не оставляла сомнений: «самурай» изготовился к роковому прыжку, но когда он его совершит и в каком именно направлении – оставалось большой загадкой.
Если верить информации Ли, прыжок ожидался в направлении советского Дальнего Востока. Но материалы Леона и Сая полностью опровергали эти данные. По их сообщениям, в ближайшее время атакам должны были подвергнуться американские и британские военные базы в Тихом океане. Кроме того, существовал и третий вариант – Япония могла продолжить наступление на юг – к нефтепромыслам Малайи и Филиппин.
Все-таки решено было Ли из игры не выводить.
– Лично меня удручает то, что мы пока не выполнили ни одной задачи Центра, – в сердцах произнес Дмитрий. – Люшков кутит в ресторанах. О плане наступления ничего конкретного сказать не можем. Одна мышиная возня…
