Арбалетная стрела пробила нагрудник и накрепко засела в теле воина. Из уголка рта у него потекла кровь. Он пытался что то сказать, но судорога боли не позволила это сделать. Наконец он превозмог себя:- Мой принц, они ждали тебя, я счастлив… Его тело дернулось, на мгновение застыло и безвольно расслабилось. Я видел, как последние искорки его жизни медленно покидали его. — Ну почему так, Всеблагой, за что? Сделай же что нибудь! Так не должно быть, он не должен умереть! Я не мог смотреть, как умирает мой товарищ.
Встав с колен, я вытащил свой меч и шатающейся походкой пошел туда, где должны находиться стрелявшие в Лота арбалетчики. Тогда я мало что соображал. Одна мысль пульсировала у меня в голове, — найти и убить. Видимо моя месть была желанна Всеблагому, потому что словно в тумане я поднялся по карнизу на уступ и достиг грота, где прятались стрелки. Я шел не скрываясь, не особо заботясь заметят меня или нет. Из пещеры доносились громкие голоса. Я остановился и прислушался.
— А я тебе точно говорю, что это был он. Маг сказал, что именно сегодня ночью, когда поднимется шум у поста, они будут прорываться в ущелье. Сведения у него точные, от дружка принца, так что ошибки нет. — Да, ошибки нет, а если первым скакал слуга, а не принц, а мы обе стрелы в него? — Да ты что рехнулся? Где это видано, чтобы слуга скакал первым. Нет, это был принц и мы в него попали. — Ладно, дождемся рассвета и сходим проверим. Надоела мне эта конура. Слышь, Дром, а маг не обманет? Расплатится по честному? — По честному, по честному…
Дальше я ждать не стал. Вошел в пещеру и направился к сидевшим у стены двум силуэтам. Слабый огонек подобия костерка освещал их. По прежнему они меня не видели и не слышали. И только когда я приблизился к ним на расстояние удара меча, они что то почувствовали. Вскочили и стали тревожно озираться. Один из них подкинул ветку в костер и он вспыхнул. — Принц, живой, ой мамочка, — завопил один из них и пытался юркнуть мимо меня к выходу. Одним взмахом меча я распорол ему брюшину, как учил меня Лот, и его кишки вывалились наружу. Он взвыл, и наступая на свою утробу, побежал…
Второй, наоборот, пытался вжаться в стену грота. В руке его блеснул нож. Вновь взмах меча, и рука вместе с клинком упала на каменный пол. Он тоже взвыл, вторым ударом я и ему рассек брюшину, и дождавшись, когда его кишки с противным звуком выпадут из живота повернулся и пошел на выход. Пахло просто отвратительно. В спину мне раздался булькающий голос: — Ты все равно покойник, добей меня, скотина, Акапульки тебе этого все равно не простят…
Медленно я брел к тому месту, где оставил Лота. Но тела там не было. Кони, вот они, поклажа на месте, а Лота не было. Только арбалетная стрела сиротливо лежала на земле, да небольшое темное пятно, что не очень было заметно в свете ночного ока, говорило о том, что здесь недавно текла кровь. Я удивленно осмотрелся. Внезапно сверху возник луч молочного света. Я задрал голову и увидел, как по этому лучу медленно скользит вниз, на землю Лот. Сомнений не было, это был он. Вот он достиг земли, плавно приземлился и распластался прямо на камнях. Я подскочил к нему. Лот спал. Потом открыл глаза, сел и потрясенно уставился на меня. — Я что, жив? В меня ж стрела, прямо сюда, — и он потрогал рваную дырку в нагруднике своего доспеха. — А потом возник очень яркий свет, такой яркий, что даже резал сквозь закрытые глаза, а потом голос, — твое время ещё не пришло, и все, я на земле и причем на очень острых камнях. И грудь не болит. Гар, так я что не умер?
Я был ошарашен не меньше Лота. — Когда я пошел мстить за тебя, жизнь в тебе уже почти не теплилась. — Ты мстил за меня? Простого солдата, наемника? — Да, — и обессиленный сел рядом с Лотом, камни действительно были острыми, — я убил арбалетчиков, а когда вернулся к тебе, ты спустился с неба на белом луче прямо на эту кучу камней. — Всё понятно, — пробормотал Лот, — Ты наверняка просил обо мне Всеблагого, а помнишь, что сказал жрец? Ты избранный и отмеченный благодатью Всеблагого. Спасибо, мой принц, ты спас мне жизнь…
Ночное светило равнодушно взирало на нас. Я лениво подумал, а почему бы мне не послать весточку отцу? Сказано, сделано. Я снял перстень, что дал мне Патрик, внимательно всмотрелся в темноту камня, и дождавшись когда там появится маленькая искорка внятно произнес: " У меня все в порядке. Я в ущелье. Охоту на меня ведут маги Акапульки.", — после чего провел рукой над перстнем. Искорка исчезла, сообщение отправлено.
Рассвет мы встречали в пути. Я расспрашивал Лота о всем, что было связано с ущельем. Сначала он отвечал неохотно, поминутно трогая дырку в нагруднике, но потом я его расшевелил и на меня обрушился фонтан легенд и сказаний.
