Но не менять белый воротничок нельзя: уже к концу первого дня он выглядит не очень белым. А через два дня в местах соприкосновения с шеей его цвет стремится к цвету практичного школьного платья (напомню: коричневого).
Потому что в школе, и особенно после школы, все время что-то случается. Что-то такое, вызывающее избыточную активность. И, соответственно, потоотделение.
Например, ты вернулся домой, подходишь к двери и обнаруживаешь: а ключа-то от квартиры и нет! Обычно он висит на шнурке у тебя под платьем. А тут его нет. Уходя из дома, дверь запирать не нужно – ее нужно просто захлопнуть. И ты забыла взять ключ.
Что делать? Когда еще кто-то из взрослых придет домой! Остается единственный способ – лезть через форточку. Множество разных факторов помогает тебе в решении этой не очень простой задачи: наша квартира на первом этаже, решеток у нас еще нет, а форточку мама всегда оставляет чуть приоткрытой (помещение нужно проветривать, это гигиенично). И я ухитряюсь уцепиться руками за жестяной слив, подтянуться, вскарабкаться – так, чтоб встать на него ногами, толкнуть чуть приоткрытую форточку и засунуть в нее портфель. Когда портфель шлепнется на пол, возникнет чувство наполовину сделанного дела: одна твоя важная часть уже попала домой. Теперь нужно просунуть в форточку голову (это самое трудное), оттолкнуться ногами от слива и – протискиваться, протискиваться, мало-помалу сползая по стеклу головой вниз, пока не упрешься ладонями в подоконник…
Естественно, подобная акробатика не может не сказываться на белизне накладного воротничка. А это ведь не единственное приключение за день.
И потом, хотя ты с легкостью цитируешь крылатое выражение «надо, надо умываться по утрам и вечерам»
А утром папа всегда уходит из дома раньше тебя. И мама довольно часто уходит раньше тебя. Поэтому ты сама собираешься в школу: умываешься, одеваешься, завтракаешь, смотришь в зеркало: переплетать косички или и так сойдет? И шею, которая будет тереться о белый воротничок, ты вроде бы намочила. Будем считать, что вымыла…
Кроме воротничка были еще манжеты – тоже накладные и тоже белого цвета. Но манжеты я довольно быстро занесла в разряд избыточных элементов декора. И мама не стала настаивать на манжетах и не вспоминала Макаренко.
Все-таки мама умела считаться с реальностью и, как мне кажется, отдавала предпочтение «навыкам самообслуживания», а не «любви к труду».
По крайней мере, высказывая неодобрение в адрес какого-нибудь человека (чаще всего мужчины), она часто говорила: «Он и пуговицу пришить не умеет!»
«Навыки самообслуживания» – это низший уровень трудовой активности. Следующими в иерархии стояли «трудовые обязанности». («Любишь кататься – люби и саночки возить!») Лет примерно с одиннадцати в мои трудовые обязанности входило ходить за картошкой и за подсолнечным маслом. Эти походы оставили в моей памяти неизгладимый след. Тут тебе открывалась важнейшая характеристика «человека труда»: это тот, кто «не боится ручки запачкать» (народная поговорка). (А тот, кто «боится запачкать ручки», – «белоручка», бездельник, «плохой».) Отсутствие страха перед возможностью испачкать руки для человека, живущего в «нашем обществе», считалось важным психологическим качеством. И в «Гастрономе», где продавали картошку и разливное подсолнечное масло, все отвечало этой воспитательной задаче.
Среди бытовых достижений технического прогресса был специальный автомат для розлива подсолнечного масла. На первый взгляд он напоминал автомат с газированной водой. Там ставишь в небольшую нишу стакан, бросаешь в прорезь монетку, нажимаешь кнопку – и в стакан льется вода. А здесь в нишу ставишь бутылку, опускаешь монетку, нажимаешь кнопку – и в бутылку льется масло. Но автомат для воды отмерял жидкость стаканами. И покупателям не приходило в голову налить в один стакан две порции воды. А автомат для масла отмерял свой продукт полулитрами. Можно было купить либо пол-литра масла, либо целый литр, и так далее. Литр и двести граммов автомат налить не мог. И тут иногда возникали проблемы. Почему-то считалось, что нужно принести домой полную бутылку. Поэтому требовалось заранее правильно подобрать емкость под жестко отсчитываемый автоматом объем. Ведь если ты «закажешь» масла чуть больше, чем влезает в твою бутылку, оно выльется из горлышка и потечет по стеклу. Даже если ты не очень боишься испачкать ручки, это все равно неприятно: вылезающее из бутылки масло напоминало джинна, который поставил своей задачей на всем оставить свой отпечаток – и на пальто, и на сумке.
