— Хе! А как же родится Анна без тебя? — как будто только что придумал он. Хоть и правда. Но он спас меня из чувства благородства. Из — за его предназначения. Да. Его судьба — помогать другим. Я подошел к нему и, пожав руку, крепко обнял.
— Спасибо! Я тебя не забуду! Клянусь! Не забуду! Спасибо! — я встал перед ним на колени, опустил голову и простоял так с минуту. — Спасибо.
— Ишь чаво удумал! — после оцепенения начал он возмущаться и поднял меня. — Давай вколю тебе ампулу.
— Давай я сам вколю тогда, когда уже сил не будет.
— А ты умеешь?
— Научусь. — я усмехнулся и взял ампулу с прозрачной жидкостью.
— Тогда, в добрый путь, али присядешь на дорожку?
— Пора мне. — я все — таки присел. С минуту просидев на табурете, я встал и, быстро нацепив зимнюю куртку, готов был идти.
— Удачи тебе, милок. Я буду верить в то, что выживешь.
— Только я доберусь до Бриджпорта, сразу пошлю за тобой жейзелов. Хватит в этой пустоши жить.
— Ну это нет, я привык к этой жизни. Да и чую, Смерть моя уже близко.
— Не говори ерунды! Ты ещё дольше меня проживёшь.
— Эх, нет. Я уже стар, так что оставь меня. Лишь не забывай, а большего я и не хочу.
— Прощай, Иван. Спасибо тебе за все! — я обнял старика и, посмотрев последний раз на его лицо в морщинах, открыл скрипучую дверь. Мне не хотелось уходить, потому что я знал, что старик прав. Дверь закрылась, а я увидел все тот же серебряный снег, все тот же темный лес, все то же холодное солнце, все те же серые облака. Вдохнув полную грудь холодного воздуха и прикрыв на мгновенье глаза, я пошёл вперед по сугробам. Долгий путь домой. Птичка, я тебя найду!
Самое глупое занятие, которое только можно придумать, это бег по сугробам выше колен. Здесь даже идти практически невозможно, что уж говорить о беге. Но меня это, конечно, не останавливало. Вдруг я услышал знакомый голос, напевающий знакомую мелодию до боли знакомой песни. «В поле спят мотыльки… Уж свернулса у реки… Только котик не спит и в окно все глядит… Кто же от боли его защитит?…» Я впал в ступор. Мертвая. Не может. Петь. Начал оборачиваться, смотрел по сторонам и… увидел. Девочку. Из сна. Сапфелия. Она стояла на снегу, не проваливаясь, в синеньких босоножках. На ней было синее платье до колен. А тоненькое запястье украшал синий браслет. Каштановые локоны падали на плечи. Но пела не она.
— Кто ты, Сапфелия? — спросил я у этой необычной девочки.
— Я Сапф… — начала она, а затем поняла мой вопрос, будто последнее мое слово услышала не сразу. — Я смерть твоя, волчонок.
— Ну — ну. — я усмехнулся. — Предлагаешь мне бояться ребенка чуть старше моей дочери? Не забывай перед кем стоишь.
— И ты этого не забывай, белый волк. — она со злостью ухмыльнулась и исчезла. Ну — ну.
Мне пришлось идти быстро, чтобы наконец добраться до края леса. Не верится! Он не бесконечный! Впереди я заметил несколько сооружений, крыш… Деревня? На город уж точно не похоже. Но это уже превосходно! Я пошел как можно быстрее к ближайшему дому, чуть ли не перепрыгивая через сугробы. Весь путь я чувствовал в себе только прилив энергии, исходящий из рук. Анна… Какое красивое имя!
— Стой! Кто таков?! — спросил мужчина, направляя на меня дуло ружья.
— Я не причиню вам вреда. Советник Рафельства Жейзелов, Рендел Нейл.
— Батюшки! Он жив! — запищала девушка из толпы, собравшейся меня встречать.
— Жив, однако мне нужно в город, в котором есть аэропорт и связь.
— Тут есть недалеко такой, километров в ста.
— А у кого-нибудь есть машина и доброе сердце?
— Да! — вновь запищала та же девушка. Она подошла ко мне и показала ключи. Я кивнул и последовал за ней в машину. Надеюсь, что все это очень скоро кончится. Мы подошли к серой машине корейской марки, я остановился возле нее.
— Почему ты согласилась меня довезти?
— Я ваша поклонница. Я тоже жейзел.
— А как вы здесь оказались? — полюбопытствовал я, усевшись на заднее сиденье автомобиля.
— Я приехала на каникулы к бабушке. — тихо ответила она. Затем добавила шепотом, заведя двигатель. — Она умерла.
— Извини. — я постарался сделать слегка смущенный вид.
— Я отвезу вас прямо к аэропорту.
— Спасибо за помощь. Я это припомню. — поблагодарил я и, лишь на секунду прикрыв глаза, тут же уснул.
Лес. Опять лес. И снова лес. Вокруг полузамерзшие болота, по которым приходилось идти. Черт! Ненавижу! Рядом шёл глава, но ему было плевать на эту грязь. Он будто летал в сантиметре от этого дерьма! Ненавижу!
— Еще далеко? — подавляя ярость и отвращение, спросила я довольно спокойным голосом.
— Мы уже пришли. — брюнет кивнул на поляну. Снежная, чистая поляна посреди гребанных болот казалась мне оазисом. Я ступила на белый снег и весьма удивилась. Я не оставила на нем даже следа!
— Вызывай. — холодным тоном приказал глава. Я впала в ступор. Чего?
— Я? А как? — нахмурившись, спросила я.
