С этими словами Вискарра отошел от балюстрады и снова принялся шагать взад и вперед по террасе. Разговор с сиболеро не доставлял ему никакого удовольствия. Он чувствовал себя крайне стесненным и был рад отделаться от навязчивого посетителя.
Карлос понял, что настало время действовать, и решил не терять ни секунды.
До сих пор он все еще неподвижно сидел в седле. На карабин его, упиравшийся дулом в стремя и тщательно прикрытый плащом, никто не обратил внимания. Длинный охотничий нож был тоже спрятан в складках серапе. Другого оружия у Карлоса не было.
В то время как комендант и Робладо совещались между собой, сиболеро, казалось, рассеянно оглядывался по сторонам. На самом деле он тщательно осматривал крепость. От его зоркого взгляда не укрылась каменная лестница, ведущая от ворот на террасу. Эта лестница предназначалась для солдат. Карлос знал о существовании другой, офицерской лестницы. Он имел основания предполагать, что она находится на противоположной стороне здания. Это было ему на руку. Он заметил, что ворота охраняются только одним часовым и что каменная скамейка, на которой обычно отдыхали караульные, в данный момент пустует. По всей вероятности, караульные разошлись по казармам. В этом не было ничего удивительного. Гарнизон славился полным отсутствием дисциплины. Вискарра слишком носился с собственной персоной, чтобы уделять время солдатам. Удовольствия были для него важнее всего остального.
К тому моменту, как комендант сообщил, что отряд драгунов будет послан в погоню за индейцами, Карлос успел уже закончить свой осмотр. Когда Вискарра отошел от балюстрады, молодой охотник начал осуществлять свой план.
Бесшумно соскочив на землю, он потрепал по шее мустанга и закинул поводья на луку седла. Привязывать коня к какому-нибудь столбу не стоило. Карлос знал, что умное животное будет спокойно дожидаться его возвращения.
Пряча карабин в складках серапе, из-под которого виднелось теперь сверкающее дуло, сиболеро пошел по направлению к воротам.
Одно обстоятельство несколько смущало его: удастся ли пройти ему мимо часового? Если нет – придется его убить.
Приняв это решение, Карлос схватился за рукоятку кинжала и смело двинулся вперед.
Он хотел избежать напрасного кровопролития. К счастью для него и для часового, это удалось ему. Мешковатый и ленивый солдат, охранявший крепость, слышал его разговор с комендантом. Сначала он, разумеется, наотрез отказался пропустить молодого охотника. Но Карлос заявил, что ему необходимо сказать несколько слов Вискарре, который будто бы знаком пригласил его подняться наверх. Наполовину удовлетворенный таким объяснением, часовой дал ему пройти.
Очутившись внутри крепости, сиболеро одним прыжком достиг лестницы и с легкостью кошки стал подниматься по ступенькам. Мокассины его не производили ни малейшего шума. Когда он вышел на террасу, человек, стоявший на расстоянии каких-нибудь двух-трех шагов от него, даже не оглянулся.
Это был сам Вискарра, жестокий деспот Вискарра, похититель его сестры.
Он стоял в шести футах от брата-мстителя, в шести футах от дула карабина. Он не сознавал, какая опасность угрожает ему. Лицо его было обращено в противоположную сторону. Он не предчувствовал близкой беды.
Взгляд сиболеро скользнул по нему и устремился на крепостные стены. На башнях прогуливались двое часовых. Но с того места, где стоял Карлос, их не было видно. Никто, следовательно, не мог помешать ему. Враг находился в его власти.
Сиболеро мог пустить пулю в спину полковника. Эта мысль мелькнула в его мозгу, но он тотчас же отказался от нее. Нет, нельзя убивать человека таким образом. Да это было бы и неблагоразумно. Лучше действовать с помощью кинжала. Все произойдет совершенно бесшумно, и ему сравнительно легко будет спастись бегством.
Карлос выпустил из рук карабин и прислонил его к балюстраде. Коснувшись каменной плиты, сталь слегка звякнула. Услышав этот странный звук, комендант обернулся и замер на месте.
Сперва им овладел гнев. Но при виде полной метаморфозы, произошедшей за какие-нибудь десять минут с лицом сиболеро, гнев этот сменился страхом.
– Как смели вы ворваться сюда? Кто вам позволил?
– Потише, господин полковник! Я не глухой.
Эти слова, произнесенные тихим, но повелительным голосом, произвели на трусливого коменданта потрясающее впечатление. Лицо стоявшего перед ним сиболеро дышало отчаянием и непреклонной решимостью. Вискарра понял, что ему остается только повиноваться.
Испуг его возрос при виде блестящего кинжала, на рукоятке которого лежала рука Карлоса.
Смертельная бледность покрыла лицо Вискарры. Он задрожал. Ему стало наконец ясно, что просьба о помощи была только уловкой со стороны сиболеро. Ему не удалось скрыть от молодого охотника своего преступления. Брат явился в крепость, чтобы потребовать освобождения сестры или отомстить за нее. Ужас ночного кошмара повторялся наяву.
