– Нет, такой способ, увы, не подходит, – отказался Джералд от двух последних проектов. – До Страсбурга по реке не более шестидесяти миль. При скорости нашего катера в шесть-семь узлов, доберемся за десять часов, если, правда, не будем останавливаться, чтобы пополнить запас угля. А вот до границы Нидерландского королевства сто восемьдесят миль. Если двигаться без задержек – что невозможно, не хватит топлива для котлов! – получается около полутора суток. Предполагаете, нас не станут ловить на реке? Телеграф в Германии работает также хорошо, как и в прочих государствах Европы. Давайте исходить из худшего, джентльмены.
– Я уверен, депеши с нашим подробным описанием уже разосланы в большинство полицейских управлений прирейнских городов, – согласился доктор. – И не будем забывать о двух других факторах: аббате Теодоре и… И нашем неприятном грузе. От обоих я не могу не ждать приятных сюрпризов.
– Вы, док, с самую суть попали, – отозвался захмелевший Тимоти. – Я груз имею в виду. Ночь близится, боюсь нечисть, живущая в нашем ящике, в полной мере даст прикурить без всякого соблюдения этикетов. За нас я не опасаюсь – не хочет
– Верно, – искоса взглянул на доктора лорд Вулси. – Неужели вы поверили в сказки о Сионском Приорате и заговоре Меровингов? Это же смешно!
Доктор, причмокнул губами, глубоко вдохнул, побарабанил пальцами о мелко трясущийся изрезанный стол и ответил:
– Помните, я говорил, будто увлекался в Гейдельберге эзотерическими науками? Со временем я понял, что имею дело с чистейшей воды бредом, однако… В мистических кружках и сообществах упорно бродили слухи об этой организации, о Сионском Приорате. Ничего точного, достоверного, но все-таки страшные шепотки имели место. Не бывает клякс без чернил. Джералд, если вы точно передали мне разговор с аббатом, и его слова действительно имеют под собой основание – мы, как выражается Тимоти, влипли. Замечу: некоторые сведения, сообщенные отцом Теодором, достоверны. Летопись Хильдебера, указывающая на клад, документы Беранже Соньера, о котором я кое-что слышал…
– Вот как? – несколько взбодрился Джералд. – Этот деревенский кюре – не выдумка и не легенда? И он вправду разбогател благодаря манускриптам забытых Меровингов?
– В Гейдельберге, в магическом обществе, состоящем в основном из скучающих аристократов и романтических студентов, говаривали, будто мсье Соньер весьма оригинальный человек, – Шпилер пожал плечами. – Возможно, это порождение чьего-то болезненного воображения, но ходили упорные слухи, будто кюре стал невероятно популярен в самых высших сферах, в приличном обществе – его навещали государственные чиновники, модная писательница Андре Брюгер – читали романы? – маркиза де Боза, графиня д’Артуа, и даже эрцгерцог Иоганн Габсбург, двоюродный брат австрийского императора!
– Беранже Соньер – только лишь ловкий авантюрист и мистификатор, – уверенно заключил Джералд. – Если кюре обнаружил манускрипты, оказавшиеся у нас в руках и читал их, то теперь попросту цедит сведения по капле, а все мистики слетаются на запах тайны, как мухи на мед. Однако я обязательно прочту бумаги, – милорд кивком указал на валяющуюся рядом черную папку. – Когда-нибудь.
– Когда-нибудь? – поднял бровь доктор. – Тогда зачем вы ездили днем в библиотеку вормсского бургомистра и взяли эти книги? Странный набор.
На скамье возле Джералда лежала стопка толстых книг – латинский словарь, почти неподъемный фолиант, озаглавленный «Etymologisches Worterbuch der Gothischen Sprache» [49]и готская Библия Ульфилы с переводом на немецкий язык и комментариями.
– Буду заниматься с пергаментами, – признался лорд Вулси. – Некоторые навыки после Оксфорда остались. Интересно же! Живые свидетельства исчезнувшей эпохи. Эпохи, о которой нам ничего не известно. Потом отдам манускрипты в Британский музей.
– Не боитесь, что в бумагах и впрямь заключено нечто, способное поколебать цивилизацию? – без улыбки спросил Шпилер.
– Через полторы тысячи лет после написания? Доктор, хоть вы отбросьте эти мистические бредни! Согласен, в последние дни нас сопровождает множество событий, которые никто не возьмется рационально объяснить, я даже всерьез поверил в реальное существование проклятия Фафнира, которое засело в сокровищах и периодически вылезает наружу, но… Но как сюда отнести обычные древние летописи?
– Евангелия также были летописями, однако перевернули мир! – парировал Шпилер. – Мы играем с огнем милорд. И не знаем правил игры.
– Какие вы умные, – сморщил нос Тимоти. – Рыдать хочется от умиления. Хватит сидеть в духоте, пойдемте на палубу. Джерри, у тебя остались сигары?
– Посмотри в саквояже.
