Большой черный катер (не колесный, а винтовой, что делало судно гораздо быстроходнее) величественно распахивал прямым форштевнем серо-голубые спокойные воды Рейна. По правую руку тянулись неизменные холмы, слева коричневела равнина, далеко впереди можно было заметить поднимавшиеся в ясные небеса темные полосы – дымили мануфактуры приближающегося Людвигсхафена.
Капитан «Карла» – пожилой и очень неприветливый мужчина в брезентовой куртке, ничуть не обратил внимания на выбравшихся подышать господ пассажиров. Ему сказали переправить людей и груз на юг – он сделает. Остальное господина капитана не волнует – кто такие, откуда, что везут… Главное, заплатили, и заплатили неплохо.
Джералд, миновав пышущий жаром открытый проход в машинное отделение, прошел на корму, где громоздился накрепко заколоченный ящик с драгоценностями Фафнира, попинал его носком туфли, и, не обнаружив ничего экстраординарного, вернулся к остальным. Доктор и Тимоти смотрели на далекий берег, опершись ладонями о высокий фальшборт. Американец сжимал в зубах сигару.
– Как мы расскажем Монброну о смерти мистера Роу? – вспомнил вдруг лорд Вулси. – Он ведь доселе ничего не знает.
– И не нужно, – процедил Тим. – В предвидении возможных ночных выкрутасов нашего ручного демона, Робера лучше не травмировать эдакими новостями. Пускай устанет как следует в машинном, а потом заваливается спать. Кстати, Джералд, я закупил несколько полезных вещиц в порту. На свои, понятно, а не концессионные. Опять же спасибо социалистам, чтоб их…
– Полезных вещиц? Можно конкретнее? – навострил уши Вулси, будучи хорошо осведомлен, какие забавы обычно предпочитает заокеанский друг.
Тимоти вразвалочку прогулялся в каюту, пришел обратно и вручил милорду с доктором по тяжелой игрушке темной стали.
– Пистолет Браунинга, – пояснил он. – Новейшая конструкция. Берите, пригодится.
– Я не умею… – растерялся Шпилер, взяв в ладонь прохладный металл. – И зачем?
– Сказано – пригодится! – резко пресек возможный бунт Тимоти. – Все очень просто. Глядите, показываю первый и последний раз…
– Но сударь!..
– Я вам не сударь, а капитан. Сказано – ночуем в городе, значит, так и будет. Не знаете порядков, благородный господин? Слово капитана, командуй он хоть рыбацкой плоскодонкой – непреложный закон. Первый после Бога. Апостол Петр – в третьем по старшинству чине. По Рейну я ночью не пойду. Если торопитесь – отправимся перед рассветом.
– Я заплачу хорошие деньги.
– Жизнь дороже денег. Рейн опасен, сейчас весна, налетит шквал и через десять минут мы будем кормить рыб.
– Сто марок?
– Хоть тысячу. Ночью стоим у причала. Утром пойдем дальше, под всеми парами. «Карл» выжмет и восемь узлов, если потребуется.
– Но сделайте же исключение! Вы человек опытный, не первый год на реке…
– Герхард Вайс тоже был «не первый год», милостивый государь. Вайс, капитан буксира «Фальке». И три дня, как бесследно исчез. Вкупе с судном. Разве только выпотрошенного матроса рыбаки из воды вынули. Нет, и собой рисковать не буду, и ваши жизни Рейну не отдам. Закончили говорить, господин. У меня работа. Порт рядом.
Сей напряженный разговор между Джералдом и суровым капитаном «Карла Великого» происходил в рубке катера, когда последние лучи солнца подкрашивали оранжевым безоблачное небо, а слева по борту тянулись пристани речной гавани Мангейма – довольно большого города, принадлежащего княжеству Вюртемберг и стоящего почти на слиянии Великого Пути и реки Ягст, тянущейся от Швабских Альп до Седого Рейна.
Капитан целеустремленно направил катер в устье Ягста, свернув влево с «большой дороги» к расположенному всего в двух милях на восток городу. Концессионеры заметили резкое изменение курса судна лишь когда «Карл Великий» окончательно вышел на фарватер более узкого и мелководного Ягста. Лорд Вулси немедля побежал выяснять у капитана, носившего вполне соответствующую его характеру фамилию Пфеффер – «Перец», что произошло и почему условия контракта не соблюдаются. Герр капитан коротко доложился, что плавать ночью по Рейну он не собирается. Слишком опасно. И река непредсказуема, и, видно, нехорошие люди завелись. Иначе, как объяснить бесследную пропажу «Фальке» вместе с командой из пяти бывалых речников?
Джералд мог объяснить. Видел своими глазами. Однако милорд, кивнув капитану Пфефферу, вышел из рубки и сразу отправился в каюту, где уже вовсю храпел чумазый Робер де Монброн, утомившийся от грязной работы в машинном отделении катера и дневных приключений, а Тимоти, доктор Шпилер и перепачканный угольной пыльцой Ойген пытались начать партию в бридж, но у них ничего не получалось – австриец и доктор почти ничего не соображали в карточных играх, а Тим устал объяснять правила.
