Ночью Грендель вышел разведать,сильна ли стража кольчужников датскихвозле чертога, и там, в покоях,враг обнаружил дружину, уснувшуюпосле пиршества, — не ждали спящиеужасной участи, — тогда, не мешкая, 120грабитель грозный, тать кровожорныйпохитил тридцать мужей-воителей,и, с громким хохотом и корчась мерзостно,вор в берлогу сволок добычу,радуясь запаху мяса и крови.Лишь на рассвете открылись людямследы побоища и сила Гренделя, —был после пиршества плач великий![13]Скорбь огласила утро стенаньями;муж безупречный[14] сидел неутешен — 130горе страшное, слишком тяжкое! —след проклятого гостя видев,он оплакивал, конунг, павшихв неравной схватке. Но не успелиданы опомниться: ночь наступила,и враг ненасытный, в грехе погрязший,опять набег учинил убийственный;не раз случалось людям в ту поруискать ночлега, стелить постеливдали от высокой дворцовой кровли, 140ибо враг кровожаждущий в этом доме бесчинствовал,и, спасаясь от недруга, уходили воиныпрочь от места опасного; он один одержалверх над множеством и остался, злокозненный.в доме конунга беззаконным хозяином;и надолго чертог обезлюдел.Так двенадцать зим[15] вождь достойный,друг Скильдингов, скорби смертныеи бесчестье терпел и печали неисчислимые.И слагались в то время по всей земле 150песни горестные, но правдивыео том, как Грендель войной на Хродгарагод за годом злосердый ходит,и нет предела проклятой пагубе,не ищет враг замирения с данами,не прекращает разбоя кровавого,цену крови платить и не думает[16],мужа знатного даже золотому злодея не выкупить. Так преследовалдатских ратников 160 призрак дьявольский,ждал юных в засадах и старых воиноврвал на части, из топей туманныхявлялся ночью, — кто знает, откудаприходят скитальцы, причастные тайнсамой преисподней! — и множил мукибогоотверженец; светлый Хеоротстал пристанищем полночной нечисти —только места высокого,[17] освященного Богом,не касался поганый, не смел осквернятьтрона кольцедарителя. 170 Такое Скильдингуна долю выпало горе долгое.Сидели знатные, судили мудрые,в совете думали, как бы вернеелюдей избавить от страшной участи;молились идолам,[18] душегубителям,и, воздавая им жертвы обетные,просили помощи и подкрепления —то суеверие, обряд языческий,то поклонение владыке адскому!Был им неведом Судья Деяний, 180Даритель Славы, Правитель Неба,не знали Бога, не чтили Всевышнего.Горе тому, кто нечестьем и злобойдушу ввергает в гееннский огонь, —не будет ему послабления в муках!Но благо тому, кто по смерти предстанетпред Богом и вымолит у Милосердногомир и убежище в лоне Отца!4
