в устье дома,на пестроцветный настил дворцовыйступил, неистовый, во тьме полыхалиглаза, как факелы, огонь извергалиего глазницы. И там, в палатах,завидев стольких730 героев-сородичей,храбрых воителей, спящих по лавам,возликовал он; думал, до утрадушу каждого, жизнь из плоти,успеет вырвать, коль скоро емууготовано в зале735 пышное пиршество.(После той ночи Судьба не попустит —не будет он больше мертвить земнородных!)Зорко высматривал дружинник Хигелакаповадки вражьи, стерег недреманныйжизнекрушителя:740 чудище попустуне тратило времени! тут же воинаиз сонных выхватив, разъяло ярое,хрустя костями, плоть и остови кровь живую впивало, глотаятеплое мясо;745 мертвое телос руками, с ногами враз было съедено.Враг приближался; над возлежащимон руку простер, вспороть намеряськогтистой лапой грудь храбросердого,но тот, проворный,750 привстав на локте,кисть ему стиснул, и понял грозныйпастырь напастей, что на землепод небесным сводом еще не встречал онруки человечьей сильней и тверже;душа содрогнулась,755 и сердце упало,но было поздно бежать в берлогу,в логово дьявола; ни разу в жизнис ним не бывало того, что случилосьв этом чертоге. Помнил доблестныйвоин Хигелака760 вечернюю клятву:восстал, угнетая руку вражью, —хрустнули пальцы; недруг отпрянул —герой ни с места; уйти в болота,зарыться в тину хотело чудище,затем что чуяло,765 как слабнет лапав железной хватке рук богатырских, —так обернулся бедой убийценабег на Хеорот! Гром в хоромах,радости бражные вмиг датчанами,слугами, воинами,770 были забыты;в гневе сшибались борцы распаленные:грохот в доме; на редкость крепок,на диво прочен был зал для трапез,не развалившийся во время боя, —скобами железными775 намертво схваченвнутри и снаружи искусно построенный;в кучу валились резные лавы,скамьи бражные (об этом людимне рассказали), допрежде не зналимудрые Скильдинги,780 что крутоверхий,рогами увенчанный дом дружинныйне властна разрушить рука человеческая —это под силу лишь дымному пламени.Громом грянули крики и топот;жуть одолела785 северных данов,когда услыхали там, за стенами.стон и стенания богоотверженца —песнь предсмертную, вой побежденного.вопль скорбящего выходца адского.Верх одерживал,790 гнул противникавитязь незыблемый, сильнейший из жившихв те дни под небом. Причины не быломужу-защитнику щадить сыроядца,пришельца миловать, — не мог он оставитьв живых поганого795 людям на пагубу.Спутники Беовульфа мечами вращали,тщась потягаться, сразиться насмертьза жизнь дружинного вождя, воителявсеземнознатного: в толпу стеснившись,они обступили800
