Местным жителям давно было безразлично. Они научились философски относиться и к зимней слякоти, и к нестерпимой летней жаре, и даже к появлению НЛО, которые то и дело зависали в небе над горами, пугая деревенских стариков. Александра, ещё будучи школьницей, своими глазами видела настоящую летающую тарелку – с огоньками по борту тяжёлого серого корпуса, которая бесшумно и величественно проплыла над городскими девятиэтажками в районе Москольца и исчезла где-то над полями с тогда ещё цветущей масличной розой. Видимо, кто-то у них там забыл включить защиту. Или поломалась. Про летающую тарелку ей, конечно, никто не поверил, да и самой верилось с трудом. Именно тогда маленькая Шурочка начала сочинять свои первые наивные фантастические рассказы, с успехом публиковавшиеся в школьной стенгазете. Странно, воспоминание о пришельцах почему-то встревожило Ксану, словно напомнило о том, что в скучном привычном мире всегда есть что-то ещё, пугающее и незнакомое. Фантазёрка! Она стала смотреть в сумеречное небо.
Такси долго преодолевало городские развязки, до предела забитые транспортом в час пик, и, наконец, вырвалось, к окраине – в район Марьино, расположенный на холмах и замыкавший городские границы по дороге на Алушту. Совсем недавно Ксана, читая географический справочник, с удивлением узнала, что эти холмы, похожие на гигантские застывшие волны, назывались куэстами. Иногда, во время осенних или весенних туманов их вершины казались ей похожими на горбатые спины синих китов, плывущих на юг. Она мечтала о том, что хорошо бы вместе с ними навсегда уплыть в дальние тёплые моря и увидеть новые удивительные земли и страны. Но ей не то, что уплыть с китами, даже на море в Николаевку удавалось выбираться крайне редко, и всегда с детьми. А так хотелось тишины, покоя, уединения…
Александра попросила водителя подождать, открыла ключом калитку. Небольшой двор казался заброшенным – в углу под крыльцом кучей были навалены лопаты, грабли и веники, высохшее деревце вишни некому было спилить, так и оставили до весны, под ногами валялся мусор. Убирать было некогда, а детей она заставить не могла – любой уборке они сопротивлялись так, словно вынести на помойку надо было не мусор, а металлолом. Ксана грустно вздохнула, откинула носком ботинка в сторону сухие листья – надо самой взяться, пока не засыпало снегом.
Ее дом в декабрьских сумерках показался странно притихшим и каким-то затосковавшим, он поджидал свою хозяйку, словно соскучившийся за день верный пёс. Ксана усмехнулась и подумала, что ее воображение до добра точно не доведёт. Ну, какой он пёс? Это просто дом – уже старый, но ещё добротный, с крылечком и небольшим навесом из жести. Когда-то ей очень хотелось соорудить второй этаж или крышу с мансардой, устроить там уютный кабинет, украсить его живыми лианами и в тишине писать книги. И чтобы обязательно была лёгкая фарфоровая чашечка с милыми розочками, из которой она сможет пить мелкими глотками настоящий китайский чай. Она давно придумала сюжет об Алисии, которая похоронила отца и сбежала от злой мачехи, переодевшись парнем. Роман обещал быть увлекательным, Ксана даже написала на отдельных листах начальные эпизоды, но дальше первой главы дело так и не сдвинулось, Алисия по-прежнему жила где-то на задворках ее воображения. Ксана горько вздохнула – тоже мне, Джоан Роулинг! С текучкой бы на работе справиться! Мусор бы убрать!
На крыльцо выскочила десятилетняя Катя.
– Мамуля, привет! Я контрольную написала на четыре, меня похвалили перед всем классом! – она стала приплясывать от радости. – Ты меня отпустишь теперь с Женькой в парк?
Ксана обняла дочь, прижала к себе, с нежностью вдохнула запах ее светлых волос.
– Отпущу, заслужила! Только если твой Женька будет к тебе приставать, надеру его за уши.
Катя счастливо захохотала:
– Это она, девочка! Моя новая подружка! Они наши соседи! Их дом рядом с бабушкиным, с той стороны.
– Ну, пойдём, простудишься. Мне опять на работу, я ненадолго. Вы ужинали?
Катя совершенно не к месту заныла, что папа отказывается помогать ей делать уроки, а сама она ничего не понимает, но, вспомнив про мультики, быстро успокоилась и убежала в свою комнату.
Выглянул из своей комнаты долговязый длинноволосый Рома, похожий на юного Дон Кихота – с нелепо худыми руками и ногами, ещё очень некрасивый, сутулый, но уже обещавший лет через пять стать настоящим героем девичьих грёз.
– Привет, мать. Бабуля накормила. А уроки я у Катьки сам проверю.
Ромка всегда был сам по себе, в семье держал нейтралитет, старался выглядеть независимым. На самом деле, он был добрым ранимым мальчиком, тяжело переживал по поводу собственной внешности, любил и баловал капризную сестру, старался не огорчать бабулю. А вот отца он сторонился, и причину этой неприязни Ксана понять не могла. Неужели они втайне от неё ссорились? Она очень хотела надеяться, что Рома выдержит грядущие семейные неурядицы, и втайне страшилась наступающего подросткового кризиса, с которым одна она точно не справится.
