Костолом забился в бочку с квашеной капустой и сидел там, в капустном рассоле, в собственной моче, дерьме и блевоте. Живой и невредимый. Ну разве что только в голове у него творился такой же кавардак, как и на палубе. Уговорами вытащить его из бочки не удалось. Пришлось действовать силой. Костолом стоял на палубе, весь мокрый и вонючий, сгорбив спину и втянув голову в плечи, будто кто-то саданул ему по кумполу так, что все шейные позвонки сплюснулись и превратились в шайбы. Его трясло так, что, казалось, слышно было, как стучат кости. Его могучее тело сделалось похожим на кожаный мешок, набитый тухлым мясом. В нем больше не было ни силы, ни жизни.
Да, гравитационный шторм – вот истинная проверка для ветрохода!
Но поскольку шторм в ближайшее время не намечался, Энгель-Рок начал присматривать людей в вахтенную команду, исходя из того, что ему было о них известно и как они себя держали в новой, не совсем еще привычной обстановке. Энгель-Рок однозначно браковал тех, кто вел себя слишком вызывающе, стараясь обратить на себя внимание, или задирал соседей, чтоб таким образом сразу обозначить свое доминирующее положение. Это была грубая и некрасивая игра. Те, кто вел ее, как правило, в итоге проигрывали. Также отказывался Энгель-Рок и от тех, кто держался слишком уж замкнуто, отстраненно от всех. Опыт подсказывал, что с такими людьми чаще всего бывает трудно наладить контакт, без которого невозможно четкое, отлаженное до мелочей взаимодействие в команде.
Раздался громкий сигнал боцманской дудки: «К построению!»
Не зная своих мест, новобранцы устроили на палубе толкотню.
– Стройся! – громко скомандовал боцман. – В три шеренги! Живо! Живо!
Живо, увы, не получилось. Но, потолкавшись несколько минут, новобранцы все же создали некое подобие строя.
Боцман встал перед ними, широко расставив ноги.
– Если кто-то хочет сказать, что это строй, пусть выйдет и скажет! – гаркнул он.
Желающих не нашлось.
– Уже хорошо, – усмехнулся в пышные усы боцман.
Раскрыв папку, что была у него в руках, он начал перекличку.
В результате выяснилось, что одного человека, записанного в команду ветроходов, не хватает.
– Криспен Дек! – еще раз громко выкрикнул имя отсутствующего боцман. – Кто-нибудь вообще знает этого Криспена Дека? – спросил он у строя.
– Он в кабаке завис, – сказал стоявший третьим слева от Финна невысокий мужичок в смешном сером колпаке и с не менее забавной козлиной бородкой. – Сказал, что, пока мы тащимся до пристани, он еще парочку отходных пропустить успеет.
– Ну, значит, не успел.
Боцман достал из кармана карандаш и одним решительным движением вычеркнул имя опоздавшего из списка.
– Господа ветроходы и бойцы! – Боцман повернулся на каблуках и медленно, печатая шаг, двинулся вдоль строя. – Чего я точно не потерплю в этом городе, так это разгильдяйства. – Дойдя до конца строя, боцман развернулся и пошел в обратную сторону. – И не надейтесь, что, поднявшись на борт, вы навсегда заполучили место в команде. Тот, кто внимательно прочитал свой контракт, должен быть в курсе, что в случае неисполнения служебных обязанностей либо ненадлежащего их исполнения каждый из членов команды может быть высажен в любом порту, по выбору капитана. – Боцман остановился и повернулся лицом к строю. – А кто определяет круг ваших обязанностей?
– Вы, господин боцман! – выкрикнули сразу несколько человек из строя.
– Ну вот, – довольно улыбнулся боцман По. – Сразу видно, опытные ветроходы.
Боцман сделал три шага в сторону и ткнул папкой в живот одного из новобранцев.
– Грудь следует выставлять вперед, а не живот, – недовольно рыкнул он.
Ветроход живо подобрал отвисший живот.
Боцман сделал два шага назад и взглядом нашел в строю Энгель-Рока. Что, в общем, было несложно.
– Господин Энгель-Рок! Выйти из строя!
Энгель-Рок уверенно и четко выполнил команду – сделал два шага вперед и развернулся лицом к строю. Чем заслужил благосклонную улыбку боцмана По.
– Господин Энгель-Рок назначен старшиной первой вахты, – сообщил команде боцман. – Выбирайте людей, господин Энгель-Рок.
Энгель-Рок двинулся вдоль строя ветроходов, указывая на тех, кто был ему нужен.
Прежде всего он, разумеется, забрал себе Финна. И сразу же указал на стоявшего рядом с МакЛиром высокого темнокожего парня с шапкой кудрявых волос, которого звали Кул-Мул. Затем были выбраны Сай Метаброд, Пыркий Зан, Фома Вополис по прозвищу Червь, Гай Хольц и Анатоль Пармезан, которого все, разумеется, называли Сыром.
– Вас только девять, – сказал боцман По, когда Энгель-Рок дал понять, что сделал свой выбор. – В вахтенной команде должно быть десять человек.
– Если позволите, господин боцман, я бы предложил восполнить недобор в команде.
– Если вы о том разгильдяе, что завис в кабаке…
– Ни в коем разе, господин боцман! Я о том бедолаге, что стоит на пристани и не может взгляд оторвать от города. Я знаю его, он хороший ветроход.
– Почему же тогда он не был зачислен в команду?
– А почему оказался зачислен в команду Криспен Дек, который все еще пьет в кабаке свою отходную?
Боцман с недовольным видом пожевал свой ус и неожиданно улыбнулся:
