– Могу я… могу я сейчас их увидеть? Пожалуйста… – произнес он как можно более спокойно.
Неда и доктор в очередной раз переглянулись. И придвинули к Сайфу еще несколько документов, которые он подписал.
– Идите за мной, – сказала Неда.
Во второй комнате, дальше по коридору, окна имелись, и Сайф сквозь стеклянную дверь сразу увидел множество разных игрушек. Его сердце, казалось, готово было вот-вот остановиться. Ему хотелось в туалет, он даже слегка испугался, что заболевает. Доктор осторожно коснулась его руки.
– Все будет хорошо, – мягко произнесла она. – Возможно, понадобится какое-то время, но все будет хорошо.
Но Сайф ничего не видел от слез, не слышал ее, когда почти на ощупь вошел в комнату с низким потолком и остановился, дрожа и моргая в естественном свете. Двое худеньких мальчиков, почти не подросших за то время, когда он видел их в последний раз, около двух лет назад, повернулись к нему. Их огромные глаза на измученных лицах уставились на Сайфа, и Ибрагим громко вскрикнул, а Эш осторожно, с изумлением прошептал:
–
Сайф затаил дыхание. Ибрагим, произнеся имя отца, умолк. Он отступил к углу стола с игрушками, где до этого игрушечным молотком забивал колышки в деревянные блоки, строя домик, – игра была слишком простой для десятилетнего мальчика, хотя выглядел Ибрагим моложе.
Однако Эш, которому уже исполнилось шесть, не сомневался. Он с визгом бросился к отцу, обхватил его колени и замер. Когда Сайф видел его в последний раз, Эш был круглолицым ангелочком всего четырех лет от роду, с пухлыми ручками и ногами.
Теперь же Эш был худ до того, что сердце надрывалось при взгляде на него, глаза казались гигантскими на его лице, щеки провалились, руки и ноги походили на прутики. Когда Сайф подхватил его на руки, то понял, что Эш весит примерно столько же, сколько сытые четырехлетки на Муре, которых приводили к нему на прием. Он нахмурился и посмотрел на Неду, а та заглянула в свои записи.
– Им обоим сейчас дают высококалорийные напитки и еду, – сообщила она. Потом прочитала что-то еще и улыбнулась: – Но им все это явно не нравится.
Сайф прижался лбом к плечу Эша, чтобы мальчик не увидел го слез.
– Мне так жаль… – прошептал он по-английски, чтобы Эш не смог его понять.
–
Это прозвучало так, словно отец отсутствовал какой-нибудь денек.
Ибрагим вскинул голову и нахмурился, когда его отец заговорил на чужом языке, и это напомнило Сайфу жену. Он жестом подозвал Ибрагима и сказал на арабском:
– Иди сюда, милый мой мальчик.
Но Ибрагим продолжал настороженно всматриваться в него.
– Не беспокойтесь, – тихо сказала Неда. – Это совершенно нормально.
Ибрагим вдруг быстро прошипел:
– Перестань разговаривать так, как они говорят!
– Милый мой…
Сайф подошел к старшему сыну и присел перед ним на корточки. Он обнял мальчика. Ибрагим вздрогнул при его прикосновении и попятился.
– Но теперь всем нам придется разговаривать именно так, – продолжил Сайф. – И это совсем нетрудно. Ты же очень умный. Ты уже немного учился этому в школе, помнишь?
Ибрагим моргнул. Конечно, подумал Сайф, сын ведь совсем недолго ходил в школу. И опять вспомнил о сопроводительных бумагах. Мальчики прятались вместе с солдатами оппозиции. И что уж они там видели… Эта мысль была невыносима.
– А что, люди, говорящие на английском, не были добры с тобой? – спросил он.
Ибрагим пожал плечами.
– Они привезли тебя домой, ко мне.
– Это не дом.
– Нет, – согласился Сайф. – Но тебе понравится там, куда мы поедем.
– Поехали домой, к маме, – пробормотал Эш.
Он все так же прижимался лицом к шее отца, хотя борода Сайфа щекотала его. Сайф ненадолго закрыл глаза.
– Я ему постоянно твержу, – заговорил Ибрагим все с таким же злым видом. – Мамы нет. Никого нет. Ничего нет.
Он изо всех сил стукнул молоточком по столу. В комнате воцарилось молчание.
Неда шагнула вперед.
– Но бывают и новые дома, – сказала она. – И у вас теперь будет новый дом. Расскажите им, какой он.
– Ну… – начал Сайф. – Там очень ветрено. Ветер холодный и иногда такой сильный, что может перебросить вас через улицу.
Он увидел, что Эш с любопытством уставился на него.
– Это очень старое место, там много зеленых холмов и… лодок… и овец… Вам понравится, я уверен! И множество собак!
Оба мальчика застыли. Сайф мгновенно осознал, что совершил ошибку. Они ведь знали о том, что значит переходить границу, когда вдруг появляются солдаты и их злобные псы обнюхивают фургоны и грузовики в поисках нелегальных пассажиров… Он вдруг осознал, насколько изменился он сам, и даже слегка расслабился. На острове было так спокойно, он так походил на рай для самого Сайфа… Собаки больше его не пугали, и он уже почти не помнил, как это было прежде… Он подумал о бестолковом псе Лорны, который бросался к нему каждый раз, когда они с Лорной встречались на пляже. Потом он вспомнил, что Лорна больше ему не друг, и бог знает, что сейчас происходит на острове… А потом с горечью подумал, что все это уже не имеет значения. Значение имело лишь то, что происходило в этой комнате.
