Моя белая майка и широкие штаны смотрелись на ней убойно. Неожиданно привлекательно, чтоб тебя, а! Отошел от груши и направился к Ангелике, которая отвела взгляд в сторону, когда я оказался рядом. Хотелось провести пальцами по ее оголенным плечам, которые казались самыми идеальными среди тех, что я только видел.
— Резинка есть? — Спросил и тут же поймал возмущенный взгляд.
— Какая еще резинка? — Голубая бездна играла целым спектром эмоций, а я усмехнулся.
— Для волос, Цветкова, — дотронулся пальцами до невесомого локона, который тут же был убран на другую сторону, — а то они меня отвлекают.
Покраснела так мило, и я не мог не улыбаться, хоть и понимал, что выгляжу перед ней идиотом.
— Ты бы мог, — начала она, заплетая косу, — накинуть на себя что-нибудь.
— Тебя смущает голый торс, Цветкова? — Состроил наивные глазки и специально поиграл мышцами. — Поверь, маньяк во дворе не будет просить за это прощения. Он еще и штаны снимет. — Расстегнул ремень, вытащил его и кинул на пол.
— Что ты… — Цветкова краснела, словно рак, а я наслаждался ее реакцией.
— Мешать будет, — снял ботинки, — пойдем. Ты же не хочешь отрабатывать приемы на полу. — Кивнул на маты, где мы обычно спаринговались для разогрева.
— И что мне делать? — Цветкова сложила руки на груди и смотрел куда-то выше моей головы.
— Защищаться. Сейчас покажу самый простой прием. Смотри внимательно. — Подошел ближе, концентрируясь на ее глазах, потому что остальное вызывало другое желание. — Ты нападаешь, а я показываю, как вырулить в свою пользу.
— Я не могу нападать на тебя. — Нахмурилась и, наконец-то, посмотрела на меня.
— Повод нужен, да? Понял. — Тут же схватил ее за талию и слегка чмокнул в губы, от которых повело, но Цветкова быстро среагировала и толкнула меня в грудь ладошками. — Еще? Давай! Оживай, Цветкова! Или еще раз… — Начал приближаться, но она издала какой-то зверский клич и попыталась ударить, но я быстро развернул ее и притянул к себе. — Первое правило, Цветкова, как бы зла не была, продумай действия. Не позволяй злости руководить тобой. Иначе проиграешь.
— Очень странно слышать подобное от тебя. — Ангелика вырвалась и повернулась ко мне лицом, часто дыша и явно что-то замышляя. — У тебя с самоконтролем очевидные проблемы.
— Голосок прорезался, — медленно шел вокруг нее, — хорошо. Замечание по факту, но ты не заметила, Ангелочек, из драки я всегда выхожу победителем, а почему? Правильно. Все ходы вот здесь. — Указал на голову и продолжал кружить около нее, как около добычи. — Продуманы.
— Неужели? А этот? — Она злорадно улыбнулась и сбила меня с ног, резко присев и поставив подножку.
— Ха, — вырвался и грудной клетки смешок, и я присел, кивая, — нежданчики, Цветкова, могут спасти, но не всегда. — Поднялся и перестал улыбаться, окидывая ее привлекательное тело оценивающим взглядом. — Разогрелась? Волну, вижу, поймала, значит, приступаем к серьезной борьбе.
Вот тут началось самое интересное.
Я вдоволь насладился процессом. Смог потрогать то, что Цветкова добровольно ни за что не доверила моим рукам.
От происходящего срывало не только крышу, внутри разгорался огонь, который я самостоятельно потушить уже не мог.
Каждую эмоцию можно контролировать или замаскировать, но я не мог и не хотел избавлять от того чувства, которое вызывала во мне эта милая девчонка.
Она так увлеклась противостоянием, что перестала краснеть, глядя на меня. Просто упорно старалась выполнить все правильно, а меня штормило…
Особенно от ее близости.
Запаха, который пропитал не только ее, но и меня.
— Опять облажалась, девочка, — с усмешкой произнес, в очередной раз уложив ее спиной на мат и нависая над хрупким телом, — но уже не так быстро. Прогресс, Цветкова.
— Ты мухлюешь, Аристов. — Нагло заявила мне в лицо, а я сбился с курса, увидев вишенки, которые она словно специально облизнула.
Мать твою…
— Данияр… — Прошептала, когда я склонился ниже, ведомый очевидным желанием, присосаться к алым губам, как пиявка. — Дан…
Оставалось миллиметра два до умопомрачительной сладости, но Цветкова резко повернула голову в сторону, и вместо губ я поцеловал щеку.
— Тоже неплохо. — Просипел, ведя носом ниже по нежной коже и втягивая аромат ванили, будто воздух.
Твою мать, до чего ты меня довела, Цветкова?!
Данияр
Остановись, маньяк. Прекрати. Ты же ее пугаешь, идиот!
Нытик так и верещит из своего угла, а я не могу остановиться. Ведет от нее. Конкретно ведет, и я скриплю зубами, чувствуя напряжение Цветковой и ее частое дыхание.
И я бы был только рад, если бы она так жадно хватала кислород, получая удовольствие, но…
Причина была другой.
Она сама была другой.
Не такой, как остальные.
— Ты… Ты меня пугаешь, Дан… — Прошептала, когда отстранился от нее, хоть и пришлось приложить для этого максимум усилий.
— Думаю, на сегодня хватит. — Сиплю, отводя взгляд от раскрасневшегося лица Ангелики, которая все еще находится подо мной и дрожит, как заяц, загнанный волком. — Извини, перегнул палку.
