Беркутов-Туманный полностью

Переглянувшись, до предела разогнали восприятие просветлениями. Потом подождали порядка двадцати секунд и максимально быстро вложились в четыре навыка — оглушение, диск, шар льда и сферу умиротворения. Эффект восхитил: Свободные, двигавшиеся чрезвычайно длинными рывками,

сначала «потерялись» в пространстве, впоролись в диски и просадили марева как бы не на четверть их объема, а затем «проросли» ледяными иглами и не смогли вдохнуть. «Олин» потерял контроль над защитой и сдох от воздушного лезвия, а «моему» пришлось помочь. Придавив прессом, «согрев» арктическим холодом и еще раз приложив оглушением.

Агонизирующие тела утащили в заранее присмотренный овраг, в темпе вернулись обратно и устали ждать реакции дрыхнущих Князей на буйство эффекторов сигнальной сети. Ну, а Уфимцева одурела изображать какое-то высокоранговое травоядное, пасущееся премиленькой полянке. Слава богу, в какой-то момент терпение иссякло сразу у всех Свободных, и два «силуэта», приняв вертикальное положение, отправились выяснять, что их разбудило. К датчику — или чему-то там еще — шли достаточно спокойно. А от него рванули в стиле покойных собратьев. Извилистую часть пути прошли приблизительно с тем же временем, а после того, как вырвались на оперативный простор, шокировали длиной первых же рывков.

Тут снова проснулась моя паранойя, поэтому я решил перестраховаться и дал команду действовать по запасному варианту. Поэтому Ольга отработала только оглушением, сферой умиротворения и шаром льда, а я добавил к ним еще и туман. В серию рывков сорвались чуть ли не раньше, чем вложились в свои цели, но даже так вырвались из области, в которой вдруг разбушевалась чудовищно мощная ледяная вьюга, с почти просаженными маревами!

Я испугался до смерти. За жену, чуть было не погибшую из-за моей торопливости, поэтому отправил ее и Свету к точке сбора, а сам, восстановив защиту, рванул вокруг «непогоды» к границе иллюзии. Пока перемещался, дурел от мощи площадных заклинаний, которыми обменивались ослепшие и задыхающиеся Князья, следил прозрением за четверкой их коллег, несущихся к месту боя, и планировал дальнейшие действия.

Самого шустрого, героически вырвавшегося вперед и пытавшегося на бегу докричаться до сражающихся, в темпе приложил оглушением, сферой умиротворения и шаром льда… с самого краешка вьюги. Да, во время прыжка в точку атаки и возвращения обратно дважды пополнил проседавшее марево, зато Свободный решил, что его атаковали из этого ледяного кошмара, и ударил в него умопомрачительно плотной каменной шрапнелью, после чего начал шарашить площадной версией моих воздушных лезвий.

Не знаю, достал он ими кого-нибудь или нет, но как раз в этот момент отключился один из двух «воюющих» Князей, а секунд через шесть-семь — второй. Вернее, по очереди забились в агонии и начали «сереть». Увы, при этом пропала и вьюга, но ослепший любитель навыков магии Земли этого не видел. Поэтому продолжал лупить в сторону умирающих товарищей. Судя по тому, что он не реагировал на крики трех подоспевших «коллег», иглы шара льда«проросли» и в ушах, пробив барабанные перепонки.

К слову, «сражался» совсем недолго — то ли моя сфера умиротворения поймала его на выдохе, то ли напрягался он слишком сильно, но в какой-то момент его скрутил первый спазм, и зашита приказала долго жить.

Атаковать я не рискнул. Ни его, ни трех Князей, изрядно охреневших от отсутствия врага. И сваливать рывками тоже не решился. Ибо понимал, что если хотя бы у одного из них обнаружится аналог чуйки, то я гарантированно лягу на первых же секундах боя или на выходе из первого же перемещения. Вот и стоял за стволом дуба в неподвижности, смотрел на Свободных только прозрением, запоминал то, что они несли, и наливался бессильной злостью.

Почему? Да потому, что мужчина лет сорока с энергетической системой, сияющей ненамного слабее, чем у оленя-«нулевки», почему-то решил, что на них напали конкуренты, и озвучил ряд приказов, один из которых поставил крест на будущем десяти ни в чем не повинных людей:

— Нас все-таки нашли. Наверняка Маврин, с-сука! Фрол, убирай «мясо», Тём, «глуши» артефакты, а я возьму термос и закидаю в рюкзак Колин архив. И не тяните: этот ублюдок работает в паре с Князем магии Иллюзий, и если мы не уйдем в течение двух-трех минут, то заморочит, стравит между собой и грохнет, как этих недоумков! Ну, и что стоим⁈

Последняя фраза — вернее, гневный рык — чуть было не отправила меня в рывок. А здоровяк в потертых кожаных штанах и с голым торсом, вроде как, откликавшийся на имя Тёма, не испугался:

— Лёв, если это Маврин и Калейдоскоп, то разбегаться надо прямо сейчас. Иначе останемся тут!