– Врач сказал, что у меня какой-то нехороший вирус, что-то связанное с печенью. Я заразился у дантиста – такое здесь встречается очень часто. Проявлений болезни пока нет – только депрессия. Но мне кажется, – он понизил голос, чтобы Алиса не услышала, – что я могу умереть в любую минуту… Поэтому я перестал заниматься делами, никуда не хожу, ни с кем не общаюсь… Иногда болезнь обнаруживают только после смерти больного, – он явно повторил где-то вычитанную фразу. – Я прочел в Интернете всё о неизлечимости этой болезни!
– Интернет – это еще не истина в конечной инстанции!
– Знаешь, мой лечащий врач делает такое загадочное лицо, когда я к нему прихожу на прием, все хочет переговорить с моими близкими, так обычно разговаривают со смертельно больными. А близких у меня нет. Вот он и не знает, кому сообщить об этом.
– Извини меня, пожалуйста, но ты – осел! При чем тут загадочное лицо? В общем так. Завтра мы идем с тобой к врачу, ты представляешь меня, как близкую родственницу. Послушаем, что он мне скажет.
Я позвонила Наташе.
– Так, подруга. – Наташа, как всегда, была собрана и деловита, особенно, когда дело касалось болезни и всего того, что связано с медициной. – Завтра же идешь к врачу, говоришь, что ты близкая родственница и одновременно возглавляешь фирму по приему больных на лечение в Германии.
– Какая фирма, Наташа, ку-ку! С кем ты сейчас говоришь? Я – Аня и работаю в банке, обучаю пользованию компьютерными программами!
– Это ты – ку-ку! Я знаю, кем и где ты работаешь. Дослушай до конца. Итак, ты возглавляешь фирму по приему больных на лечение в Германии. У тебя есть в подчинении четыре врача, крупные специалисты, все кандидаты, а один даже доктор медицинских наук. Пусть этот эскулап дает тебе выписку из истории болезни, эпикриз называется, а ты при нем позвонишь одной из своих подчиненных, она решит вопрос, где и кто будет лечить его пациента. Главное, будь очень строгой и убедительной.
– Зачем все это? – я почувствовала себя тупицей.
– Ты же знаешь, врачи, как и все люди, хотят жить. Может быть, этот врач наводит страху, чтобы содрать побольше денег с твоего Максима. А узнает, что он не единственный, кто ставит ему диагноз, может быть скажет правду. Да, чуть не забыла. Я уже позвонила Лене, она на завтра сделает тебе визитные карточки для пущей важности.
Мне показалось, что этот разговор успокоил не только меня, но и Максим начал более щедро ронять слова и даже подобие прежней улыбки промелькнуло по его лицу.
Врач и вправду был каким-то странным. Явно что-то недоговаривал. Но выписку из истории болезни дал, при этом ненатурально закатывал глаза, дескать, плохи ваши дела. Я ждала, что он захочет поговорить со мной наедине, как предсказывал Максим, сообщит что-то очень важное о неизлечимости болезни, но ничего подобного не произошло.
По дороге домой, сидя рядом с Максимом на заднем сидении такси, я взяла его за руку, Максим руку не отдернул, по-моему, он успокоился. И все, что я говорила ему, попадало на благотворную почву.
– Ну что, почему врач не стал со мной говорить о твоей болезни? Ты же подозревал, что он должен сообщить мне роковую новость.
– Знаешь, твоя Наташа правильно тебе подсказала назваться представителем медицинской фирмы. Он сегодня как-то иначе себя вел.
– Послушай, я сейчас же из дому отправлю Наташе по факсу историю болезни, и мы с тобой подождем ее ответа, и затем будем делать выводы. Знаешь, моя мама говорила, что главное – поставить правильный диагноз, узнать «врага в лицо»! А потом думать, как с этим врагом бороться.
Дома у Максима я начала машинально мыть посуду, скопившуюся примерно за три дня и вытирать пыль. Дома я никогда не отличалась таким рвением к порядку, но здесь, с одной стороны, надо было чем-то занять руки, а с другой – мне хотелось что-то сделать для моего друга. Вытирая пыль в книжном шкафу, я наткнулась на собрание сочинений Стефана Цвейга. Подумалось, что этот писатель мне зачем-то нужен именно сейчас. И вдруг вспомнила! Я же недавно перечитывала его роман «Нетерпение сердца», там точно есть что-то важное для меня и особенно для Максима. Бросив тряпку, я судорожно начала искать и очень быстро нашла то, что мне было нужно. Я позвала Максима и, перескакивая с одной строчки на другую, боясь, что он откажется слушать, прочла выдержку из романа.
